Девица навострила ушки, практически вывалившись из соседнего окошка, а мои уши загорели, будто их намазали жгучей смесью в пять слоев. Дородная тетя переводила взгляд с меня на Мэла, и в ее глазах светилось не сочувствие, а порицание распутной и аморальной молодежи. Была б ее воля, она вытолкала нас взашей из аптеки да еще громко ославила на всю улицу.
Мэла не остановил хмурый вид продавщицы.
- Увы, не предохранялись. Крышу сорвало, - продолжил делиться подробностями. - Хотим исправить ошибку. Дайте что-нибудь безопасное и эффективное.
Наверное, Мэл подробно и доступно объяснил, потому что тетка хорошо расслышала и принесла несколько коробочек.
- Эва, выбирай, - сказал над ухом Мелёшин.
Как выбирать, если на коробочках ценники от трехсот висоров и выше? Подумав, я взяла ту, что с наименьшей ценой, и вопросительно оглянулась на Мэла. У меня имелось в наличии около семидесяти висоров, может быть, он согласится доплатить оставшуюся сумму.
- Не хватает двести пятьдесят, - шепнула ему.
- Так дело не пойдет, - сказал решительно Мэл и обратился к тетке, мгновенно переквалифицировавшись из обаятельного парня в серьезного молодого человека, от которого повеяло арктическим холодом. - Нам нужно самое безопасное и самое надежное средство.
Та, слегка опешив от быстрой смены имиджа Мэла, протянула упаковку с нарисованным женским силуэтом.
- Лучшее на сегодняшний день, - сказала, кашлянув. - В виде жидкорастворимого порошка. Изготовлено из растительного сырья с вис-модифицированными добавками и абсолютно безвредно. Охватывает интервал плюс минус двенадцать часов после приема.
- Берем, - кивнул Мелёшин и снова превратился в рубаху-парня: - И что-нибудь на повседневку, чтобы заработало с первого дня.
- Вот, - тетка протянула другую коробочку. От ценников с нулями у меня зарябило в глазах, а сердце забилось с перебоями. Не успела я отговорить Мэла не совершать умопомрачительные траты, как он сунул карточку в окошко и в дополнение потребовал бутылку тонизирующего напитка. Конечно, после существенных потерь денежной наличности необходимо подавить стресс чем-нибудь тонизирующим, чтобы вернуть глаза в нормальное состояние.
Забрав покупки, Мэл потянул меня из аптеки и довел за ручку до машины. Порывшись в бардачке, отыскал стаканчик, налил напиток, сам распаковал коробочку и высыпал содержимое флакончика, взболтнув.
- Пей, Эва. Инструкцию потом прочитаешь, если захочешь.
- Это очень дорого, - сказала я грустно, вертя стаканчик в руках. - Моя безалаберность обошлась в бешеные деньги.
- Безалаберный здесь один человек, - ответил Мэл и помог поднести стаканчик ко рту, пока я от расстройства не вылила на себя напиток. - Из-за меня ты рискуешь своим здоровьем и будущим, потому пей и не думай ни о чем.
Небольшими глотками я влила в себя теплую газированную водичку со вкусом карамели.
- Ну, как?
Пожала плечами. Не пойму.
- А когда проявится результат?
- Он проявится через месяц или раньше, - хмыкнул Мэл. - Или не проявится, хотя здесь написано: "Стопроцентная гарантия".
Поняв, о чем он говорил, я сникла с огненными щеками. Мэл взял мои ладони.
- Опять твои руки холодные, - начал их растирать. - Что бы ни случилось, обязательно скажи мне. Будем решать вдвоем, хорошо?
- Хорошо, - пробормотала я, пытаясь удержать в себе пузырьки газа, и спросила, замявшись: - Не сердишься, что... не подстраховалась?
- Сегодня я получил подарок, о котором боялся мечтать, а ты переживаешь, что должен сердиться, - сказал Мэл и притянул меня к себе. - Уверен, всё обойдется.
- Ты прямолинеен как дорога, - проворчала я, прислушиваясь к стуку его сердца. - Можно найти слова пообтекаемее, а не кричать на всю аптеку о том, что мы... что у нас...
- Эва, когда ты научишься называть вещи своими именами, не краснея? - ухмыльнулся Мэл. - У тебя даже ушки светятся, когда занимаешься этим.
- Ничего подобного! - опровергла горячо.
- Хочешь, докажу? - загорелся он, и как я ни сопротивлялась, разговор завершился блоком страстных поцелуев и объятий. Чахлое сопротивление быстро сдалось, потому что безудержность Мэла снова превратила меня в безвольную тряпку. Я не заметила, когда он успел откинуть спинку сиденья и нависнуть надо мной.
- Что такое "повседневка"? - спросила в перерыве между нежностями, возросшими по степени разгоряченности.
- Для ежедневного употребления, - пояснил Мэл, оторвавшись от моих губ, и добавил безапелляционно: - Опробуем завтра или сегодня. Или сейчас.
Расстегнул на мне куртку и проник рукой под футболку, двинувшись горячей ладонью вверх по телу.