Спеша в институт, я притормозила возле утоптанного снежного поля и огляделась по сторонам. Мимо в обоих направлениях курсировали группки студентов, и никто не кричал возбужденно, показывая пальцем: "Смотрите! Ночью кто-то выбрался из института во-он по той лестнице!"
Мимо проходящим было наплевать. Они торопились на зачеты и консультации, не подозревая, что девушка, застопорившаяся на дорожке и озирающаяся по сторонам, на самом деле опасная уголовница.
Перед тем, как открыть парадную дверь, я осмотрелась. Прощайте, колонны, прощайте, крылатые хранители альма-матер, прощайте, ступеньки с отбитыми углами! Возможно, мы видимся в последний раз.
Под институтским козырьком покачивалась новая иллюзия, разительно отличающаяся от однотонной заснеженной картинки. Архитрав поглотила широкая радуга, увитая толстыми гирляндами цветов, лениво сыпавших лепестками. Красочный иллюзорный дождик рассеивался, не долетая до зрителя, зато доносил до обоняния слабый запах летней грозы и скошенных трав.
Красиво и оптимистично. И почему я раньше не замечала? Наверное, потому что была занята - решала мировые проблемы.
Зайдя в холл, я подозрительно посмотрела на Монтеморта, а он - на меня. С неменьшим подозрением псина зыркнула на ввалившихся следом парней, а потом переключила внимание на шумный зал. Похоже, Монька с утра подозревал всех и вся, забивших первый этаж института.
Оглядываясь по сторонам, я направилась к лаборатории Ромашевичевского. Сделаю так: пройду мимо с наипростейшим выражением лица и одновременно настрою слух и зрение на подслушивание и подглядывание. Если опасения насчет карьерной погибели Матусевича подтвердятся, не буду медлить с признанием.
Хоть и трудно, но нужно, - сглотнув, я дернула дверную ручку помещения с камнеедами. Заперто. Значит, выяснение подробностей взлома сместилось в плоскость смежной лаборатории, что и подтверждали громкие голоса, доносившиеся из двери, открытой по соседству.
Наихудшие опасения подтвердились. Ромашка унюхал противоправное действие.
На ватных ногах я доползла до двери и осторожно заглянула.
В помещении шла рутинная лабораторная работа у четверокурсников, а неподалеку от выхода проректриса и Ромашевичевский общались на повышенных тонах. Наверное, обсуждали подробности ночного вторжения.
Евстигнева Ромельевна выглядела элегантно и с намеком на кокетливость, как и подобает даме, занимающей ответственный пост. Собранные в пышный пучок волосы акцентировали внимание на величественном профиле Царицы, а властный голос вызывал желание немедленно бухнуться на пол и целовать ноги проректрисы аки жалкий смерд.
- Подайте жалобу по форме, - долетел обрывок фразы, с коей Евстигнеева Ромельевна обратилась к преподу. - Пока я не вижу причин для привлечения специалистов по элементарной висорике.
Ой, плохи дела! Если Ромашка докажет необходимость присутствия ясновидца, тот прищурится как следует, прислушается и распишет в подробностях ночные перемещения среди кубов.
Куда подевался Матусевич? В моем представлении ему отводилась роль одного из главных действующих лиц разоблачительной пьесы. По всем признакам лабораторка началась давно, и удивительно, что Ромашевичевский забил тревогу с большим опозданием.
Препод незамедлительно объяснил проректрисе и тем, кто прятался за дверью:
- В ясновидении не будет пользы. Лаборанты курируют занятия с утра, и следы успели затоптать, прежде чем я вернулся с кафедры.
- Максимилиан Эммануилович, с какой стати уверенность во взломе? Сигнализация срабатывала?
- Нет, но...
- Охранные заклинания активировались?
- Нет, но...
- Я не могу начать внутреннее расследование на основании вашего.... тонкого чутья.
Тонкий, едва различимый флер иронии в словах проректрисы уловил бы не каждый, но Ромашевичевский заметил и возмущенно засопел.
- Неизвестные украли часть ингредиентов!
- Что-нибудь пропало? - продолжала расспрашивать Царица.
- Нет, но я чувствую, что их объем уменьшился.
- Вы сверялись с журналами учета?
- По записям невозможно установить с точностью до грамма количество того или иного ингредиента на текущую дату. Лишь приблизительно. Но снятие остатков в конце месяца покажет! - пригрозил Ромашка.
- Прекрасно. Заодно проверим ваши излишки и недостатки.
Наступило молчание, прерываемое тихим звяканьем стекла - лаборантка наводила порядок в запаснике.