Арендованные копытные туфли и моток ниток перекочевали к хозяйке.
- Итак... - девица протянула другую пару, темно-вишневую с металлическим блеском и тонюсенькими палочками-каблуками. - Надеваешь и ходишь. Смотрим и оцениваем.
Аффа уселась на табуретке у трюмо и замерла в нетерпеливом ожидании.
Нацепив туфли со шпильками, кстати, тоже пришедшиеся впору, я встала, и меня закачало не хуже боязникуса из отдела кадров. Бог мой, неужели в них ходят?! Дайте мне костыли!
- Сделай шаг... еще шажок... еще... - подбадривала соседка, следя за неуверенными перемещениями по комнате.
Пытаясь удержать равновесие, я расставила руки как канатоходец и, сделав четыре кривых шажка, запнулась, улетев к двери. Хорошо, что не переломала ноги, а лишь лоб ушибла. Но синяк получится отменный.
- Так дело не пойдет, - сказала Вива. - Я думала, что после репетиций будешь порхать на шпильках. Сделаем упор на каблук с хорошей устойчивостью. Главное, чувствовать себя комфортно, иначе самый лучший вечер превратится кошмар.
Как сказать. В предстоящем приеме мне не виделось ни грамма приятностей, лишь косяки проблем.
Надев ставшие родными копытные туфли, я радостно застукала по полу.
- Ну, каково? - покрутилась перед девчонками.
- Ништяк! - Аффа выставила большой палец.
- Политиков изучила? - спросила строго стилистка.
- Запомнила на лица, а имена не смогла, - покаялась я.
- Потянет, - махнула рукой Вива, признав тем самым, что коли подшефная, то есть я, слегка туповата, то времени на заострение нет.
В оставшееся время мы заново прорепетировали разученные ранее перемещения. Затем училка политеса притворялась премьер-министром, Афка играла роль моего кавалера, а я никого не изображала и стояла на воображаемом подиуме рядом с воображаемым руководителем страны и воображаемым Петей под вспышками воображаемых фотокамер.
После Вива показала, как элегантно цепляться за чемпиона, прохаживаясь по залу. Следом мне продемонстрировали, как надо держать бокал с шампанским и отпивать игристый напиток мелкими глотками. Тренировалась я на граненом стакане, и Аффа заливалась от души над моим серьезным лицом.
Перед расставанием девица сказала, заправив волосы за перпендикулярные уши:
- Завтра, как закончатся экзамены, закругляем свои дела и в три часа встречаемся в общаге. Поедем в город прибарахляться. Ясно?
Яснее некуда. Дан низкий старт и установка на траты.
- Вивочка, и я с вами! Ты не забыла? - спросила соседка.
- Пока нет, - отчеканила училка политеса и задумалась. - Так и быть, поедешь с нами. Может, подскажешь, если что-нибудь упустим. И захвати записульки. Будем сверяться по списку.
- А я уже! - Аффа похлопала по карману джинсовых брюк. - Давайте скоординируемся на всякий случай.
После обмена номерами в памяти телефона прибавилась новая запись. Понемногу обживаемся!
***
Резкий поворот влево, свет встречных фар, рывок вправо.
- Никто-
Колонна грузовиков мелькает мимо, один за другим.
- не смеет-
Руль влево, педаль газа уходит в пол, стрелка на спидометре зашкаливает.
- говорить-
Вклиниться в строй машин, подрезав отчаянно сигналящий тентованный грузовичок. Да пошел ты!
- со мной-
Поворот руля влево, обгон трех машин, поворот вправо. Вжих, вжих, - шуршат шинами встречки.
- в пренебрежительном-
Бросок влево и назад вправо, увернувшись от груженой фуры.
- тоне.
Вынырнуть из-за автобуса и рвануть по встречной, давя на газ.
Тяжелый грузовик с прицепом проносится с ревом, едва не шаркнув по боку машины.
Мэл сворачивает на обочину и тормозит. Смотрит перед собой, положа руки на руль. Пальцы перебегают по витой оплетке, взгляд рассеянно следит за загруженной трассой.
Вынос мозга по полной программе.
Неужели она не поняла, что он, Егор Мелёшин, который никогда и ни перед кем не кланялся, сегодня переступил через себя? Неужели не увидела, что он практически прокричал о том, что думает об их отношениях?
Она уверяла, что отец возместит расходы, связанные с подготовкой к приему, и продолжает подрабатывать за жалкие крохи, не отказываясь от еженедельной компенсации. Черт, все-таки стоило уговорить Стопятнадцатого на двести висов*.
Почему она врет? Зачем врет?
Ведь плавится же, он видит. От случайного прикосновения растекается, под взглядом топится. И к чужим ласкам тоже отзывчива?