- А-а, - махнула она рукой. - Случайно проговорилась, что после экзамена идем расслабляться в клуб, а крашеный вертихвост услышал и решил испортить мне настроение, и твоего Мэла прихватил для компании.
Я снова стрельнула глазами наверх. "Мой Мэл" потягивал из бокала и по-прежнему смотрел на меня, игнорируя поющих на сцене. Голова закружилась, и я потеряла способность внятно соображать, ощущая на себе давление пристального Мелёшинского взгляда.
Нужен глоток свежего воздуха и как можно быстрее! Рука уже потянулась к куртке, но тут на помощь пришла Аффа.
- Скоро Костик будет выступать, - толкнула меня в бок. - Давай переберемся поближе, все-таки стало посвободнее.
Основная масса зрителей теперь гужевалась в центре зала. Толпа колыхалась, галдя, и отвечала на приветствия исполнителей всплесками аплодисментов и свистом.
Подхватив одежду, мы перебрались на другую сторону возвышения и очутились рядом со сценой, но теперь Мелёшин и его легкомысленный друг оказались над нами. В голове прояснилось, и я с облегчением вздохнула. По крайней мере, начала вслушиваться в слова песен и в музыку.
- Сейчас! - возбужденно заерзала на сиденье Аффа.
На сцену вышла новая группа.
- Третий слева, - пояснила на ухо девушка. Парень, о котором она говорила, оказался симпатичным, высоким и кудрявым. - Это Костик, он достал билеты.
Как выяснилось, Костик не солировал, а играл на гитаре. Песню о перипетиях судьбы разбившегося гонщика исполнил плотно сбитый парень с розовыми волосами торчком. Собрав свою порцию аплодисментов и криков восторженных слушателей, группа удалилась со сцены.
Аффа выглядела разочарованной. Во время танца следующей группы она, не переставая, делилась со мной своим огорчением и не оправдавшимися надеждами.
- Я думала, он будет петь и перед выступлением скажет: "Посвящаю песню моей девушке".
- Если каждый певец начнет передавать приветы всем знакомым и родственникам, то концерт затянется на неделю, - начала я утешать расстроенную соседку и замерла с открытым ртом. Под свист и приветственные крики толпы на сцене появился... Тёма с гитарой в руке. Передвинул стул к краю сцены, уселся, поставил гитару на колено и выровнял микрофоны по высоте.
- Тёмыч, Тёмыч, Тёмыч! - скандировали в массах.
По реакции вопящей публики стало ясно, что парень является завсегдатаем выступлений и пользуется популярностью в непрофессиональной среде музыкантов.
В ответ на звучные лозунги Тёма сделал жест ладонью, означавший примерно: "извиняйте, но сегодня будете разочарованы" и обаятельно улыбнулся - у меня аж дух захватило. В джемпере с двумя верхними расстегнутыми пуговицами, из-под которых выглядывал краешек футболки, парень выглядел неотразимо. Если вспомнить, при каких обстоятельствах я познакомилась с ним, а также учитывая кратковременность нашего общения, то Тёма стал для меня чем-то вроде дальнего родственника, благодаря знакомству через Марту и Олега.
Публика требовательно засвистела.
- О тех, кто сводит нас с ума на протяжении тысяч лет, - сказал парень в микрофон, и приятный голос разнесся из динамиков по залу.
Толпа воодушевленно захлопала, и Тёма запел. Без поддержки в виде ударных и синтезатора, он пел одиноко, но оттого не хуже других исполнителей, а даже лучше. У него был сильный, хорошо поставленный голос, ни разу не сфальшививший. Заслушавшись, я не сразу вникла, что парень пел о первой женщине на Земле, введшей первого мужчину во сладость греха, и о том, что спустя много лет её дочери продолжают будоражить несчастных представителей сильного пола, толкая на безумства и безрассудство.
По мере того, как Тёма пел, мое лицо горело сильнее и сильнее, потому как в песне шла речь о Еве. Аффа тоже сообразила, на кого намекал певец.
- Эвка! - закричала на ухо, и я чуть не оглохла. - Он же о тебе поет!
- Почему обо мне? - закричала в ответ.
- Ты его знаешь? Такой красавчик! - воскликнула девушка с горящими глазами.
- Немножко знаю. Сталкивались, - кивнула я.
Все-таки Тёма пел не обо мне. Его песня была гимном хитрым бестиям, прознавшим о слабых местах простодушных мужчин и научившимся вертеть простаками себе во благо.
- О тебе, о тебе! - опровергла Аффа. - Он в твою сторону смотрит.
- Скажешь тоже, - засмущалась я и мельком огляделась вокруг. На меня никто не глазел, к тому же, Тёма пел для зала, а не для меня.
Зато последний куплет поверг в смятение. Парень признавался в своей слабости и с радостью отдавал себя в нежные руки той, что соблазнила первого мужчину на Земле, соглашаясь принять погибель из ее медовых уст. Завершающие аккорды потонули в шквале аплодисментов и криков. Аффа хлопала как сумасшедшая.