- А-а, - вспомнил Стопятнадцатый. - На этой неделе вы последняя в ведомости. Не торопитесь, милочка, а зря. Там, - указал перстом в потолок, - могут подумать, что благотворительность неактуальна для низкооплачиваемых кадров.
- Очень актуальна, - заверила горячо. - Я не знала. А когда можно приходить?
- Каждую неделю, начиная со среды, - сказал Стопятнадцатый и пригласил в кабинет. - Прошу.
Там меня ждало потрясение - великолепное черное кресло с высокой спинкой и удобными подлокотниками на месте для посетителей.
- Ого! - только и смогла выдавить из себя и погладила шершавую обивку.
- Вот так, милочка, - мужчина протянул ведомость и положил на нее купюру. Одну-одинёшеньку, но зато какую! С двумя циферками - "5" и "0", согревшими сердце, едва взгляд упал на бумажку.
Торопливо расписавшись в единственной незаполненной строчке графы с подписями, я сказала благодарное "спасибо" и уже у двери была окликнута деканом:
- Наличествуют ли у вас трудности при подготовке к экзаменам? Я мог бы походатайствовать о дополнительных занятиях перед преподавателями.
- Не стоит беспокойства, Генрих Генрихович, всё отлично. Справляюсь по мере сил, - заверила я убежденно. Еще чего не хватало: новый апокалипсис в виде повышенного студенческого внимания. Едва о серой крыске успели позабыть, как доброжелательный дядечка снова посадит мою пятую точку на кактус.
- Если понадобится, не затягивайте. Сессия пролетит незаметно.
Точно, летит и машет крыльями, а я совсем страх потеряла, закружившись в вихре светских развлечений.
Получить заработанные копеечки в кассе оказалось проще простого, хотя штурвал на двери и бронестекло остались прежними. Сегодня кассирные богатства охранял не Савелий, а мужеподобная тетка - косая сажень в плечах - в униформе и с дубинкой гораздо внушительней, чем у прежнего охранника. Деньгами заведовал молодой человек, тоненький и полупрозрачный, и вся процедура проистекла в полном молчании. Я приложила ладонь к считывающему оттиску и получила звякнувшие монетки, заработанные непосильным трудом.
При выходе тетка окинула меня пристальным взглядом, сканируя внешность, и наверняка занесла в базу неблагонадежных элементов, уж больно прищур многозначительный. Ну, и пусть. Зато у меня поступление в личную казну почти шестьдесят висоров! Как только я осознала свое счастье, меня охватила радость, но тут же приувяла, стоило вспомнить о визите к профессору. Может, не заводить разговор о фляжке? Мне и так неплохо живется - деньги валятся, согревая нулями.
В общем, ковыляла я на пятый этаж к закрытым лабораториям, и с каждым шагом сомнения росли и росли, пока не перевесили желание выяснить тайну. Так медленно мои ноги еще не ходили - в час по чайной ложке, а время как назло вообще не двигалось.
Замок считал линии на ладони и, пискнув, пропустил за стеклянную стену. Постучавшись, я вошла в Альриково святилище, не дожидаясь ответа. А зачем? Мне так и сказали - приходи в любое время в оперативном порядке, а понятие "в любое время" равнозначно вваливанию без стука в кирзовых сапогах по уши в грязи. И никто меня не накажет за бесцеремонность, потому что пришла в оперативном порядке.
Профессор стоял у окна и смотрел через цветное стеклышко на свет, а рядом любовалась фиолетовыми облаками Лизбэт, присосавшись пиявкой к мужчине. Они так увлеклись окрашенными просторами, что не расслышали мой топот.
- Посмотрите, Лиза, на изумительные пики в диапазоне волн длиной до пятисот нанометров!
- Вижу, Альрик Герцевич, - еще плотнее присоединилась девушка к профессору. - Потрясающие пики.
- А теперь взгляните. - Мужчина поменял фиолетовое стекло на красное и снова навел на окно. - Пики падают в волнах длиной свыше шестисот нанометров. Парадокс Блюхермахера красив, не правда ли?
- Невероятен! - согласилась девица. - Блюхермахер - столп висорической науки, как и вы, Альрик Герцевич!
- Вы мне льстите, Лиза, - сказал сухо мужчина, хотя на его месте я бы возгордилась, что меня сравнили с почившим дедушкой, успевшим выпустить собрание многотомных научных трудов, которые покрывает отборной руганью каждое поколение бедных студентов.
- Папена? - абсолютно не удивившись, обернулся профессор, а Лиза, вздрогнув, опустила руку, которую хотела положить невзначай ему на плечо.
Хороша парочка - гусь да гагарочка. Восхищаются непонятными пиками, словно чудом вселенского масштаба. Не удержавшись, я сдавленно хмыкнула.
- Продолжим после небольшого перерыва, - прямым намеком Альрик указал девушке на дверь. На ее месте я бы оскорбилась за беспардонное выпроваживание и из чувства противоречия уселась на стуле, скрестив все имеющиеся конечности. Но Лизбэт оказалась гибче и дипломатичнее. Она опустила глазки и сказала: