Во второй могиле, высеченной в материковой скале, стоял лекиф — ритуальный сосудик V в. до н. э. для благовонных масел, какие часто клали в могилы. На удлиненном тулове лекифа черным лаком нарисованы три пальметки. Там же найдены железный нож, четыре грузика для веретена и бомбилий — глиняный сосуд для масла, по форме и по назначению близкий арибаллу.
Еще в одной могиле обнаружен чернофигурный лекиф с пальметами, близкий найденному во второй могиле. Вместе с ним в могиле лежали железный меч и копье, от которого уцелел только один наконечник.
Наиболее древний из скелетов, расчищенных археологами, пролежал в земле около 2300 лет. Могила, в которой он находился, была довольно бедной. В ней нашли чашу, покрытую блестящим черным лаком с узором в виде пальметок, какие часто встречаются в городах Греции, и также глиняный кувшинчик и распавшийся от сырости браслет из бронзовой проволоки.
Другое погребение, возраст которого насчитывает 1700 лет, было более богатым. Земляную могилу перекрывали шесть бревен и доски. На голову умершему был надет золотой венок в виде тонкой золотой ленты с укрепленными на ней шестью золотыми листочками, напоминающими листья клена. Рот и глазницы закрывали золотые пластинки. В могиле валялись еще 30 золотых пластинок, вероятно, пришитых ранее к одежде и портупее, на которой висел длинный железный меч. Рукоять меча украшал янтарь, привезенный с далекого севера. В могиле стояли различные сосуды: серебряный, глиняный и четыре стеклянных, причем один из прозрачного стекла, а три из мозаичного стекла с желто-зелеными глазками по фиолетовому фону. Такое стекло делали в Египте и Сирии, так что в Горгиппию их привезли, наверное, оттуда. В этой могиле нашли также бронзовую монету II в. с именем боспорского царя Евпатора, бронзовое кольцо и деревянную шкатулку с бронзовым ключиком и замком в виде герма — фигурки с головой человека и столбообразным туловом.
В некоторых могилах лежали металлические изогнутые скребки — стригили, — с помощью которых греческие атлеты счищали с тела слой масла с приставшим к нему песком.
Наличие в могилах монет, стригилей, ориентировка умерших головой на восток позволяют считать, что многие жители Горгиппии не только восприняли эллинскую
культуру и представления греков о загробном мире, но и в быту пользовались такими же вещами, как и греки, жившие в Средиземноморье. В одной из могил, находившейся на глубине около 2,5 м, под черепом скелета лежали две золотые серьги в виде головок львов. Здесь же находился глиняный двуручный сосуд, раскрашенный акварельными красками, и пять глиняных женских статуэток. На них сохранились следы краски. Эта могила относилась к III в. до н. э.
Среди могил II в. до н. э. интересно погребение с черепичным покрытием. Над телом покойника было сооружено нечто, напоминающее двускатную крышу из больших глиняных черепиц. Черепицы, которыми крыли крыши в то время, представляли собой плоские глиняные доски. Их боковые грани поднимались вверх и места соединения с боковыми соседними черепицами специально перекрывались дополнительными узкими черепицами, или калиптерами. В таком своеобразном домике из пяти черепиц лежал скелет человека. В ногах его стояли сосуды: чашечка и двуручная ваза, сделанные из глины серого цвета с блестящей поверхностью, которая получается, когда гончар натирает высохшую, но еще не обожженную в печи поверхность сосуда горячей галькой ^этот способ обработки поверхности, очень распространенный у скифов и меотов, называется лощением). На пальцах левой руки скелета было два перстня, кроме того, в могиле нашли два бронзовых браслета, свыше сотни бус, серебряную серьгу с головкой льва и серебряный медальон с рельефным изображением богини и двумя детскими фигурками по сторонам. Положенная в могилу медная монета разрушилась от сырости и, когда ее взяли в руки, рассыпалась. Интересно, что умерший лежал головой на север с небольшим отклонением к востоку. Такая ориентация покойников характерна для более позднего времени, когда в боспорские города проникают сарматы — народ, вторгшийся в Северное Причерноморье во II–I вв. до н. э. Сарматская культура оказала сильное влияние на культуру всех городов Боспора. Сарматы принесли с собой и обычай деформировать детям черепа. Еще в младенческом возрасте ребенку начинали туго перевязывать черепную коробку, и в результате впоследствии череп приобретал вытянутую форму. В Горгиппии скелетов с деформированными черепами немного.
Интересна одна из позднеантичный могил, найденная очень неглубоко, лишь на 0,3 м ниже поверхности. Скелет был ориентирован головой на северо-запад. Череп его оказался деформированным — г- сильно вытянутым вверх. Слева от костяка лежал скелет лошади. Сохранились и металлические кольца сбруи. В могиле стоял серый глиняный кувшин и тарелка, покрытая красным лаком, на дне ее в центре было вдавлено изображение креста. Это единственная могила, позволяющая предположить, что жители Горгиппии знали христианство, хотя скелет лошади свидетельствует о соблюдении обычаев кочевых народов. Наличие вещей тоже не характерно для христиан. Чаще всего христианские могилы содержали только скелет, изредка колечко или бусы, обереги-сосуды. Пищи в могилу христиане не ставили.
В могилах первых веков нашей эры чаще, чем в могилах предшествующего времени, встречается оружие: длинные мечи, иногда с костяными или с янтарными рукоятями (один в костяных ножнах), и щиты. Металлические пряжки от ремней говорят об изменении моды. Некоторые могилы закрыты сверху большими известняковыми плитами. Плиты эти — надгробия, на которых были вырезаны рельефные изображения умерших или сцены из их жизни. Часто изображались сцены погребального пира или фигура всадника. Такие надгробия, по-видимому, стояли на могилах III, II и I вв. до н. э. В первые века их употребляли уже не по назначению: из них складывали стенки могилы или ими закрывали земляные могильные ямы. На некоторых из надгробий есть надписи с именами умерших — всегда на греческом языке. Но большая часть надгробий сделана довольно примитивно. Ясно выступает рука местного горгиппийского ремесленника, высекавшего изображения на известняковых плитах.
Археологи раскопали лишь один небольшой участок горгиппийского «города мертвых», а ведь он занимал огромную территорию от Первомайской улицы до Серебряной с востока па запад и от городского парка до улицы Трудящихся с юга на север. К сожалению, мы еще мало знаем его топографию и не можем выявить участки погребений различных социальных слоев населения.
СЕМИБРАТНИЕ КУРГАНЫ
Археологам не удалось пока выделить среди раскопанных в Анапе древних жилищ и погребений те, которые можно было бы бесспорно связать с синдами. Но в окрестностях Анапы, на землях, где, по мнению древних авторов, жили синды, раскопаны и курганы и поселения, им принадлежавшие. Среди них особый интерес представляют Семибратние курганы и расположенное поблизости от них Семибратнее городище.
Семь огромных курганов на высокой возвышенности левой террасы реки Кубань, в 30 км северо-восточнее Анапы и в 12 км западнее станицы Варениковской, ассоциировались у населения с семью братьями (может быть, люди думали, что эти курганы насыпаны над могилами семи братьев). Пять курганов стояли на одной линии, а два — по сторонам.
С вершины самого большого из них, находящегося у дороги, которая ведет из поселка Чекон к хутору Разнокол, открывается прекрасный вид на широкую пойменную долину и на Семибратнее городище.
Курганы раскапывал в 1875 п в 1876 гг. В. Г. Тизенгаузен, но, к сожалению, ни один из них не был доследован до конца. Отчеты же о раскопках сделаны очень суммарно.
Наибольшую высоту — свыше 16 м — имел первый из курганов с центральной гробницей в форме каменного склепа, крытого деревом. Но грабители проникли сюда раньше ученого, и склеп оказался пустым.