Мистер Релла подошёл к дамам и представил их: — Моя милая Люсинда, это многоуважаемая леди Маргарет и её прелестные дочери. — девушки чуть поклонились, дама посередине сделала несколько шагов навстречу Синди, взяла её за руку и представилась лично.
— Я леди Маргарет, милое дитя. Твоё имя я уже знаю. — уголки губ поднялись ещё выше, а голос стал таким, будто она делится сокровенным секретом в набитой комнате людьми. — Я и мои дочери, любезные и талантливые девочки, будем жить здесь, и, конечно, станем большой дружной семьёй.
Юная хозяйка дома смотрела в её синие глаза, не смея вымолвить ни слова.
— Милая девочка, я понимаю, каково тебе сейчас, видеть новую хозяйку в доме, но поверь, мы обязательно найдём общий язык, подружимся, и ты станешь мне как третья дочь.
Девушке казалось, что сейчас только что её жизнь оборвалась и началась снова, но уже не той привычной, что была до селя, а иной, в которой места для неё не осталось. От отчаяния и несправедливости, кровь в венах забурлила, разгорячённые мысли крутились в голове, и как только она хотела дать незваной гостье отпор, взгляд девочки упал на отца. Мужчина с благоговением смотрел, как его любимые женщины знакомятся и мило общаются. И вместо того, чтобы нагрубить, нахамить и показать место для новых гостей, девушка покорно поклонилась и согласилась, кивнув ей. Это придало уверенности леди, и та приобняла падчерицу.
Сцена восьмая. Ведьма и безутешный принц
Кристофер был нечастым гостем на королевском совете, и надо сказать, всегда искал повод чтобы, пропустить скучное собрание. Вместо этого предпочитал рассекать галопом на жеребце, проносясь по дворцовой территории, уезжая далеко в глухой лес. Лишь там он мог ощутить себя самим собой, без отцовского надзора, учителей и прочих прихвостней. Будучи ещё юнцом, принц честно старался впитать в себя знания, что король-отец пытался донести, но всё было тщетно. Нудные и скучные лекции вызывали зевоту и головную боль. А в те редкие моменты, когда присутствовал на совете и высказывался на ту или иную тему, ловил на себя укоризненные взгляды придворных и тут же замолкал. И лишь верхом на любимом скакуне он ощущал себя свободным и живым, вдыхая влажный воздух, что наполнял лёгкие. Но то утро не задалось с самого начала.
Юный наследник посетил зал совета по просьбе отца, и как не старался найти причину для отсутствия, тот был неумолим. Пришлось подчиниться. За время, что его не было, казалось ничего не изменилось ровным счётом, все те же нудные высказывания, поиск ответов везде, где их нет, хождение вокруг да около и никаких действий от тех, кто должен быть двигателем процесса.
— Ваше Величество, подсчёт казны был проведён, и надо сказать, результаты неутешительные для нас… — начал свой доклад первый советник. — При тех растратах, которые осуществляются в нынешние времена, недолог тот час, когда золота и драгоценных монет не останется совсем. — сухой голос не выражал ни малейшего интереса к своему же рассказу. Другой высказался о жалобах и проблемах жителей города, как тяжело им приходится, многие семьи лишились кормильцев, а оставшиеся женщины, дети и старики не в состоянии вернуть разбитые дома. Его речь была еще более безжизненной. Он даже не старался выдавить хоть малейшую заинтересованность в своем рассказе, не говоря уже о героях повествования. Еще один доклад, который, все охотно выслушали был от генерала армии, что понесла большие потери. Мужчина был единственным, кто сетовал на свою проблему, искренне надеясь найти поддержку, но в ответ получал лишь скромные вздохи и упрёки о пустой казне, сложном положении в городе. Король и вовсе практически не произнес ни слова, его отсутствующий взгляд говорил о многом. Кристофер изредка всматривался в него, но не замечал никакой реакции на речь совета двора. Когда же все присутствующие советники закончили, правитель еще молчал какое-то время, пока мужчины не стали привлекать к себе внимание, ерзая, прокашливаясь и перешёптываясь между собой.