На флагмане — огромном двухкорпусном судне с мощными кранами и лебедками — Прохор увидел многих знакомых, ныне демобилизованных, офицеров. Но непосредственной организацией работ занимался высокий полный инженер.
— Итак, Павел Иванович, — сказал он Майбороде, — начнем, пожалуй. Вы с Демичем обогнете лодки справа, вторая пара водолазов — слева. Надо уточнить положение судов, какой вокруг грунт, есть ли наружные повреждения корпуса, где и как можно будет крепить тросы и понтоны. Все это необходимо для разработки проекта судоподъема. Будьте внимательны и осторожны: нам неизвестно, есть ли торпеды на лодках и чем они снаряжены. Кроме того, в корпусе могли накопиться взрывные газы. Ориентировочная глубина — шестьдесят пять метров, но дно здесь неровное, могут быть провалы.
Майборода и Демич с помощью матросов натянули на себя скафандры, надели свинцовые галоши. Первым должен идти на глубину Павел Иванович, он закрепит конец спускового троса, по которому затем спустится Прохор. Водолазный специалист прошел к трапу и, взявшись за поручни, ждал, когда матросы затянут на нем грузы. Перед тем, как его закрыли медным трехглазым шлемом, Павел Иванович весело подмигнул Демичу. Через несколько секунд он уже скрылся в воде, только серебристые пузырьки воздуха поднимались из глубины, булькали и лопались у борта.
Ушел вслед за своим бывшим командиром и Демич. Размеренно покачиваясь на спусковом конце, Прохор спускался все глубже и глубже. Потрескивали автоматические клапаны скафандра. Давление усиливалось с каждым метром погружения. Начало немножко покалывать в ушах. Прохор сделал несколько глотательных движений, и неприятное ощущение прошло. Однообразная голубоватая масса воды заполняла пространство за иллюминатором. Вода постепенно темнела, меняла окраску: сперва стала зеленой, потом темно-синей, а снизу почти черной. Наконец перед самым иллюминатором появились темно-коричневые жгуты. «Водоросли!» — догадался Прохор и тут же почувствовал, что ноги уперлись в мягкое дно.
Демич осмотрелся. В нескольких шагах, среди высоких водорослей, как в роще, стоял Майборода. Он поднял руку, приглашая Демича следовать за ним, посмотрел на компас и, раздвигая руками водоросли, тронулся в путь. Стебли растений то и дело обвивали руки Прохора, забивались между пальцами, путались в ногах. Гибкие и скользкие, они были прочны, как шпагат. Стайки мелкой рыбешки разбегались в разные стороны.
— Как самочувствие? — спросил знакомый голос в наушниках телефона.
— Хорошо, — ответил Прохор. — Вот только видимость плохая, мешает взбаламученный ил.
— Ускорь движение, держись ближе к Майбороде, чтобы не потерять его из виду, — посоветовал телефонист.
— Есть! — по привычке ответил Прохор и, наклонившись вперед, чтобы легче преодолевать сопротивление воды, пошел быстрее.
Но заросли филлофоры вскоре окончились, начался песок, из-под которого вздымались огромные каменные глыбы, покрытые мелкой и нежной багрянкой. Видимость улучшалась…
Косые, чуть зеленоватые хрустальные столбы солнечных лучей прорывались откуда-то сверху, будто подпирая водяную крышу и наполняя синюю толщу воды рассеянным призрачным светом.
Майборода остановился и протянул руку вправо. Там лежало, упираясь одним концом в дно моря, а другим косо уходя в верхние слои воды, огромное сигарообразное тело. Когда Прохор подошел к Майбороде, Павел Иванович прислонил свой шлем к его шлему, и Прохор услышал приглушенный голос:
— Это «Катюша».
— А где же вторая? — спросил Прохор.
— Вторая под ней, занесена илом.
Только теперь Прохор понял, почему «Катюша» не лежала на дне горизонтально, а была, как ракета, нацелена одним концом к поверхности моря. Она врезалась носовой частью в огромное горбатое чудовище, которое Прохор вначале принял за выступающий со дна скалистый гребень.
Водолазы подошли к лодкам вплотную. Они лежали почти накрест друг на друге, будто два чудовища, сцепившиеся в смертельной схватке. Здесь снова начиналось илистое дно. В темно-сером мидиевом иле скрывались не только гребные винты и кормовые рули, но и вся хвостовая часть «Катюши». Но там, где «Катюша» опиралась на другую лодку, под ней свободно можно было пройти водолазу.
«Хорошо, — подумал Прохор. — Можно будет без особого труда подвести стальные полотенца и тросы, чтобы на них поднять лодку на поверхность».
Вторая лодка больше чем наполовину была замыта илом. Здесь водолазам предстояло очень много работы, тем более, что субмарина лежала почти боком и прежде, чем поднимать, ее придется выравнивать.