(Проводив его взглядом, резко поворачивается к Булгарину.) Господин Булгарин… (С деланной улыбкой.) Цель моего скромного визита известна вам?
Б у л г а р и н. Имею счастье… Не заслужил…
Д о к т о р М а к н и л. Роман «Выжигин» вашего сочинения произвел на меня впечатление…
Б у л г а р и н. Польщен.
Д о к т о р М а к н и л. Скажу более: я хотел бы заняться на досуге переводом именно этого сочинения.
Б у л г а р и н. Прошу. Вот библиотека моя. Вот тут, на полке, мои труды.
Д о к т о р М а к н и л. Ого! (Разглядывая полки с книгами.) Скажите, не имел ли я счастья только что узреть здесь господина Грибоедова?
Б у л г а р и н. Это он. Прошу вас, вот первый томик «Выжигина».
Д о к т о р М а к н и л. Второе издание. Скажите!
Б у л г а р и н. Как же. И шрифты, и формат — все сам, сам.
Д о к т о р М а к н и л. Прекрасно. (Перелистывает книгу.) Я давно мечтал познакомиться с господином Грибоедовым. Мне пришлось бывать в Персии в одно время с ним.
Б у л г а р и н. Боюсь, сегодня не удастся. Александр Сергеевич приглашен на бал весьма большого политического значения. Вас заинтересовала заглавная виньетка?
Д о к т о р М а к н и л. О! Прекрасно! Куда же он приглашен, позвольте полюбопытствовать?
Б у л г а р и н. К вице-канцлеру и министру иностранных дел графу Нессельроду.
Д о к т о р М а к н и л. Вот как!
Б у л г а р и н. Если вас интересуют виньетки, я мог бы предложить вам некоторые из альманахов…
Д о к т о р М а к н и л. О да, виньетки меня интересуют… (Подняв голову.) Вы знаете, я полагаю, что сегодня состоится назначение.
Б у л г а р и н. Что?
Д о к т о р М а к н и л. Не удивляйтесь. Господин Грибоедов — человек известный, особенно после туркманчайского трактата, столь победоносно завершившего войну России с Персией. Вот и слухи. Говорят о назначении его посланником персидским.
Б у л г а р и н. Слухи, слухи! Но он отказывается. Он решительно отказывается, намереваясь расцвесть на литературном поприще.
Д о к т о р М а к н и л. В отставку? Нет. Я лично думаю, что нет. Окажите, а второй томик?..
Б у л г а р и н. Выходит! Буду иметь честь преподнести.
Д о к т о р М а к н и л. Признателен. А кстати, кто это Сашка, с которым я имел несчастье столкнуться?
Б у л г а р и н. Грибоедовский. Известный всему Петербургу пройдоха и грубиян.
Д о к т о р М а к н и л. А! Слыхал! Вы разрешите ознакомиться с этой полочкой?
Б у л г а р и н. Располагайтесь, но не обессудьте, я вынужден оставить вас ненадолго. Мне надобно успеть… Я тоже имею честь быть приглашенным к вице-канцлеру.
Д о к т о р М а к н и л. Ради бога, я только взгляну… Не более как любопытство давнего любителя, могу сказать, маньяка.
Булгарин уходит, доктор Макнил кладет томик «Выжигина», садится в кресло. Сидит неподвижно, думает. Появляются, не замечая его, Э л ь з е в и р а и А л е к с а ш а. Она несет на вытянутых руках фрак, а он по пятам следует за ней.
А л е к с а ш а (вкрадчиво). Как изволит выражаться Александр Сергеевич, мы с ним бродячая миссия, но путешествуем по-царски. В каких странах не бывали, каких людей не видывали!..
Э л ь з е в и р а. То-то, что видывали! Мне про вас сказывали. Анютка сказывала, и Аграфена тоже…
А л е к с а ш а. Анютка! Аграфена!.. (Обнимает ее.) Эльзевира — вот это имя! Ни в Персии, ни у грузинцев не встречал…
Э л ь з е в и р а (застыла в ужасе, увидав Макнила). Пустите! Ах!.. (Вырвалась и убежала.)
Алексаша устремился было за ней.
Д о к т о р М а к н и л. Нет! Сюда, сюда, голубчик!
Алексаша подходит с неохотою.
И давно ты с Грибоедовым?
А л е к с а ш а. Почитай, с детства, росли вместе.
Д о к т о р М а к н и л. Это хорошо, когда такой слуга.
А л е к с а ш а. Он-то барин, а без меня — как без рук. В Туркенчае ли мир подписывать, к царю ли на прием — первое дело — Алексашка! А то и — Алексей Митрич, дру-уг! Так-де и так, выкладывай, что думаешь. (Скромно опустил глаза.) А я что?
Д о к т о р М а к н и л. Вот и мы с тобой будем друзьями. На-ка, получи, Алексей Митрич, целковый!
А л е к с а ш а (подбросил и поймал на ладонь рубль). Покорно благодарим. И это бывало. А только, изволите знать, у нас с барином даже фамилии схожи. Грибов моя фамилия, изволите знать. (Усмехнулся прямо в лицо Макнилу и, еще раз подбросив рубль, ушел, оставив его в некоторой растерянности.)