Н и н а. Я так и стараюсь делать. Но этот город!..
Д о к т о р М а к н и л. Посмотрите старую мечеть. Хотите, поедем за город?
Н и н а. Нет, нет, а вдруг в это время вернется Александр Сергеевич…
Д о к т о р М а к н и л. Помилуйте, нас оповестят об этом заранее.
Н и н а. Спасибо, нет, я не поеду.
Д о к т о р М а к н и л. Леди Макдональд собирается. Прогулки, прогулки — первое условие…
Н и н а. Доктор, я прошу вас. Скажите мне прямо: что в Тегеране?
Д о к т о р М а к н и л. Но я уже не раз говорил вам. Тихо и спокойно. Его превосходительство господин Грибоедов пользуется всеобщим уважением, принят шахом, который ни с одним из посланников никогда не проводил столь длительной беседы. Мне рассказывали, шах не отпускал его в течение одного часа семнадцати минут.
Н и н а. И это действительно хорошо?
Д о к т о р М а к н и л. О! Великолепно! Небывало!
Н и н а. Ах! Но почему мне кажется…
Д о к т о р М а к н и л. Вы нервны. В вашем состоянии это вполне естественно. Прошу считать меня своим врачом и обращаться ко мне в каждом случае…
Н и н а. Спасибо.
Д о к т о р М а к н и л. Не смею мешать. (Учтиво кланяется, прикоснувшись к руке Нины.)
Нина скрывается в дверях. Доктор Макнил медленно пересекает комнату в обратном направлении. В противоположных дверях появляются С е р е ж а Е р м о л о в и Д а ш е н ь к а.
Д а ш е н ь к а (шепотом). Она здесь?
Д о к т о р М а к н и л. Тшшш! Будьте осторожны! Избави вас бог проговориться… Делайте так, как решили. Она очень плоха.
Д а ш е н ь к а (вдруг). Доктор! А почему… вы уехали из Тегерана?
Д о к т о р М а к н и л. Мои дела были закончены, вот и все. Да и чем я мог помочь? Простите меня. Он был слишком резок и упрям.
Д а ш е н ь к а. Тшшш!
В дверях — Н и н а.
Н и н а (с криком). Что? Ты? Почему ты здесь? (Бросается к Дашеньке.)
Д а ш е н ь к а. Ничего не случилось, боже мой… Мы просто приехали… Вот… и Сережа со мной.
Н и н а. И вы?..
Сережа в смятении пробует улыбнуться.
Д а ш е н ь к а (торопливо). Мы приехали за тобой. Перестань волноваться. Тебе нельзя.
Н и н а. Почему за мной?
Д а ш е н ь к а. Я не могу с тобой говорить, пока ты не успокоишься. Я думала, ты обрадуешься нашему приезду, а ты…
Н и н а (устало). Я рада. Не сердись. (Опускается на стул, закрывает глаза.) Рассказывай, почему вы приехали?
Д а ш е н ь к а. Очень просто…
С е р е ж а. Да, очень просто. У меня было поручение от штаба, а Дашенька собралась к вам…
Д а ш е н ь к а. Я собралась, чтобы взять тебя и вместе вернуться в Тифлис.
Н и н а. Я не поеду. Я буду ждать Грибоедова.
Д а ш е н ь к а. Вот смешная, ты послушай…
Н и н а (деревянным голосом). Я никуда не поеду. Я буду ждать Грибоедова.
Д а ш е н ь к а. Господи, да ведь мы приехали по его просьбе.
Н и н а. Тебе пишет, а мне ничего не пишет? Какая просьба?
Д а ш е н ь к а. Он нездоров. Он поедет прямо в Тифлис и просит, чтобы ты там ждала его. Н и н а. Неправда.
Д а ш е н ь к а. Ну что ж, оставайся здесь. Ты хочешь, чтобы он, больной, ехал из Тифлиса сюда?
Н и н а. Неправда…
Д о к т о р М а к н и л. Я скрыл от вас только одно: что он простудился на празднике у шаха. Прошу простить. Я хотел, чтобы об этом сказала вам ваша подруга, которая, к счастью, сегодня приехала…
Н и н а. Неправда…
Д о к т о р М а к н и л. Он болен. Простуда… Врачи порекомендовали ему покинуть Тегеран: там в феврале обычно очень дурная погода.
Д а ш е н ь к а. Я поехала за тобой, а он — прямо в Тифлис.
С е р е ж а. Так удачно вышло все. Меня командировали из штаба, я смог сопровождать Дашеньку…
Д а ш е н ь к а. Тебя ждут в Тифлисе…
Д о к т о р М а к н и л. Я полагаю, вам удастся устроить ваш отъезд не позднее чем послезавтра.
Д а ш е н ь к а. Ах, как славно! Мы будем путешествовать втроем.
С е р е ж а. Прасковья Николаевна ждет не дождется…
Д о к т о р М а к н и л. Безусловно, вам надобно выехать поскорее. Я полагаю, что Грибоедов…
Н и н а. Что?!
Д о к т о р М а к н и л. Я полагаю, что Грибоедов уже выехал…
Н и н а. Дашенька, отведи меня. Мне плохо.
Дашенька и Нина уходят.