Ж а н д а р м. Не знаю, не ездил.
С т а р ш а я. Толком-то — сколько оттуда?
Ж а н д а р м. Сказано ведь, что поболе будет, чем от Минусинска. И дорога хуже.
С т а р ш а я. Что значит хуже?
Ж а н д а р м. А может, и нет ее совсем. Какая сейчас дорога — в эдакую распутицу? (Зевнул.) Слава богу, не этапом погнали, а то многие не доходят. (Приложил печати.) Вот ваши документы.
Женщины вышли, а он стал взбираться на печь.
Ксюшка! Рассол, говорю, неси!..
На просцениуме л а в о ч н и к, бородатый крестьянин саженного роста, в длинном армяке, в броднях (здешняя обувь) и блестящих галошах. Слышен разноголосый собачий лай.
Л а в о ч н и к (вглядываясь). Кто ж это там едет? Ух, язви его, никак, Бутов Алешка. С кем это он? Ха-ха! Застрял. Враз завалится. Э, нет. Выгребся. Поди ж ты, а узлов, ящиков наворотил! Кого ж это он везет? А! Две бабы. Две, две, Дормидонтыч!
Появляется К о з е л к о в, он еще не протрезвел от вчерашнего похмелья.
К о з е л к о в. Тут я. Орет ни свет ни заря.
Л а в о ч н и к. Ты вот что… Голову в ведро, обуйся и — к Ульянову. Это к нему. Живо!
К о з е л к о в. Тише, тише, без фамильярностей. Пассэ муа ле мо, лавочник!
Л а в о ч н и к. Ладно. За мной не пропадет, понял! Беги к почтарю, а от него — к ним.
К о з е л к о в. То-то вот, чуть такие дела — Козелкова! Сам бы и ходил, а меня тошнит.
Л а в о ч н и к. Сказано, опохмелка потом. Узнаешь, почему их две, а не одна, как оповещено. Не ровен час, из Минусинска прискачут. Кому отвечать? Мне. Стой! В порядок себя приведи!
К о з е л к о в. Не учи. Знаю, к кому иду. (Исчез.)
Возникает комната в доме Зырянова. На полу положена домотканая дорожка. Чисто вымыто. Стоят книги на некрашеных, самодельных полках. На столе — перевязанные стопками газеты, горки книг с закладками, рукописи. На табурете расставлены шахматы.
Входят две уже знакомые нам ж е н щ и н ы. У младшей по-прежнему в руках завернутая в бумагу лампа, но бумага уже почти совсем прорвана. Женщин сопровождает З ы р я н о в.
С т а р ш а я. А вещи-то куда, вещи куда нести?
З ы р я н о в. Сюда и нести. Никак не ждали сегодня. Владимир-то Ильич на охоте. Вот это их комната. А справа от сенцев, пожалте за мной, для вас приготовлена.
Уходит со старшей, и младшая остается одна. Снимает шубку, кладет ее на стул. Теперь она в темной кофточке с глухим воротничком, волосы подобраны в пучок. Подходит к столу, приоткрывает тетради, книги в тех местах, где виднеются закладки. Она оглядывается вокруг с улыбкой (и растерянной и счастливой) и снова склоняется над книгами. В дверях появляется м а л ь ч у г а н в огромном треухе и большущих отцовских броднях.
М а л ь ч у г а н. Книг трогать нельзя. И на столе ничего трогать нельзя.
М л а д ш а я. Не буду.
М а л ь ч у г а н. А ты кто?
М л а д ш а я. Я? Я тетя Надя, приехала к Владимиру Ильичу. А ты чей? Хозяйский?
М а л ь ч у г а н. Не. Соседский. Минька я. Миняем меня зовут.
Н а д я. Ну вот. Будем знакомы.
М и н ь к а. И газет не трогайте.
Н а д я. Хорошо, не буду.
М и н ь к а. У него свой порядок. Он раскладывает, а я перевязываю. Вы без меня не касайтеся.
Н а д я. Да что ты! Ни за что!
В дверь протискивается в о з н и ц а, на его спине — тяжелый ящик.
В о з н и ц а (Миньке). Отойди, чертяка, зашибу.
М и н ь к а. Но, но!
В о з н и ц а (Наде). Куда ставить-то?
Н а д я. А сюда и ставьте.
Возница опускает ящик на пол и уходит. Минька следует за ним.
М и н ь к а (уходя). Пойду присмотрю.
Из сеней доносятся голоса: «А это куда?» — «Нет, это не к нему. Это сюда».
К о з е л к о в (появляясь в дверях). Пардон.
Н а д я (оглянувшись). Кто это?
К о з е л к о в. Позволите?
Н а д я. Пожалуйста.
К о з е л к о в. Имею честь представиться: Артемий Дормидонтыч Козелков. Бывший учитель.
Н а д я. Учитель? (Идет к нему.) Я ведь тоже учительница. В Питере, в воскресной школе…
К о з е л к о в. Святое дело.
Н а д я. Присаживайтесь.
К о з е л к о в. Мерси.
Н а д я. Вы давно здесь?
К о з е л к о в. О!.. И вот, коллега, пришел с сочувствием. Убиенных духом пребывало здесь немало. Проживали и декабристы, и петрашевцы, друзья писателя Достоевского, и поляки-мятежники… А теперь вот — мы. Я, Владимир Ильич.