– Аннулируй это преднамерение, Эльдар, – прошипел я, глядя прямо в его слишком понимающие глаза. – Ты связан с Советом. Ты Белый маг, тебе доверяют. Найди лазейку в договоре. Скажи, что сакральные знаки не сошлись. Что наши ауры несовместимы. Что угодно! Спаси ее от этого ада! Пусть я сгорю – но она не должна гореть со мной!
Маг воздел руки и вокруг него образовалось свечение. Он думал, он искал выход в магической геометрии.
Минуты тянулись, как часы. Я наблюдал, как его лицо становилось все более сосредоточенным, а потом – все более безнадежным. Белый свет наталкивался на сплошную стену древней, и невероятно мощной магии. Он щупал ее, пытался обойти, найти изъян… Тщетно. Узлы были тугими, пропитанные кровью и силой земли. Слово Совета – закон. Отказ – вызов.
Свет погас. Эльдар опустил руки. Он выглядел постаревшим.
– Я не могу, Энрон, – произнес он тихо. – Лазеек нет. Договор совершенен в своей жестокости. Аннулирование возможно только по воле Совета. Или… – он сделал паузу, – …или в случае смерти Леры.
– Охренел?
– Согласен. Не вариант. Это немедленно обрушит гнев Совета Тайги на Академию.
– А если она откажется сама, прямо на церемонии? Я её попрошу, уговорю, прикажу в конце концов? – отчаянно цеплялся я за призраки.
– Тогда… формально вина падет на нее. Но последствия… Энрон, Совет Академии не прощает унижений, тем более публичных. Они сочтут себя… оскорбленной стороной. А Леру Недостойной. Опала падет в первую очередь на ее род. На нее саму.
Опала по отношению к Тайге значила, что деревья в их родовом поместье засохнут за ночь. Источники магии, к которым привязан ее род, отравятся. Лесные твари, некогда дружелюбные, станут враждебными. Сама природа отвернется. Леру изгонят из общества магов Тайги. Она станет проклятой. Ее жизнь превратится в кошмар еще более страшный, чем брак со мной. Медленная, мучительная смерть души и тела под гнетом отвержения самой стихии, которой она служила.
– Они сломают ее, – прошептал я, – чтобы наказать меня… они уничтожат невиновную.
– Да, – подтвердил Эльдар. Его белые одежды вдруг показались мне саваном. – Система, Энрон. Она перемалывает всех. Особенно тех, кто пытается вырваться или защитить других ценой своего бунта. Ты станешь мучеником, но не спасителем. Ты лишь ускоришь ее гибель. И свою.
«Приплыли…»
Я идиот, что притащил ее в Академию.
Выхода нет.
Система победила.
Ректор МагАкадемии готов к церемонии.
Думаете я сломался?
Ни хрена, не дождетесь! Можно же просто оформить документы, не касаясь личного пространства.
«Держись, Лера, – подумал я с горькой, кривой усмешкой, обращенной к самому себе. – Нас ждет ад. Но хотя бы… мы будем гореть вместе».
– Значит, блядь, будет… свадьба, – произнес я.
– Но Энрон, – Эльдар сжал кулаки. – Личное пространство придется нарушить… иначе свадьба будет признанна формальной, это еще хуже, чем её отсутствие…
Глава 2. Знакомство с Попугаем и Протекцией
Стук в дверь комнаты 317 общежития МагАкадемии прозвучал как выстрел в тишине моей души.
Я стояла посреди еще пустоватого пространства, сжимая в руках единственный чемодан.
МагАкадемия.
Само слово звучало как заклинание могущества.
Дверь распахнулась с такой энергией, что я инстинктивно отшатнулась. В комнату ворвалась симпатичная девушка. Яркие губы в улыбке, каскад вьющихся каштановых волос. На плече попугай.
– Приветики, новоселам! – Захлопнула за собой дверь. – Я Алиса! И это – Попка-Попугай! – Она кивнула на существо на плече. – Он мой чрезвычайно болтливый магический Формуляр.
Существо на плече Алисы расправило огненно-рыжий хохолок, оценивающе щелкнуло мощным клювом:
– Ёкарный бабай, ещё одна зелёная сопля! Здорово, тёлка. – Голос был хрипловатым, как у заядлого курильщика, но невероятно выразительным.
Я аж подпрыгнула. «Формуляр»? Говорящий? И… такой невоспитанный.