Первым делом я, как дура, бросилась вдоль стены. Она шла не только по комнате! Она создавала лабиринт! Она отрезала меня от выхода из спальни, от коридора, от кухни! Я могла только бегать по этому небольшому, огороженному со всех сторон пространству, как зверёк в самом навороченной, самом унизительной клетке на свете. Я тыкалась в преграду у двери, в окне, возле кровати – везде эта проклятая, холодная гладь.
Я была под домашним арестом. В собственном доме. И самым ужасным было не ограничение пространства, а эта абсолютная тишина, в которой оставались только мои унижение и нарастающая, чёрная обида. Он не просто наказал меня, он уничтожил меня как равную, он возвёл целый барьер из своего ректорского высокомерия.
И вот тогда, в этой стеклянной тюрьме, я его возненавидела. Любовь и обожание сгорели за секунду, словно их подожгли заклятьем огня.
Глава 24. Тайная комната
Я не сразу поняла замысел этого лабиринта. Сначала я думала, стена – это просто барьер, невидимая тюрьма в стенах апартаментов. Но нет. Это было что-то гораздо более изощренное и мерзкое.
Оказалось, проклятая стена не стояла на месте. Она была живой. Вернее, она была тенью Малькора, его магическим двойником, повторяющим его маршрут. Он ушел на лекцию в Академию – и стена, эта прозрачная гадина, начала двигаться, оттесняя меня от себя, как нежелательного зрителя. Смысл стал мне ясен: он не просто изолировал меня. Он гарантировал, что наши пути не пересекутся. Никогда. Вернее, пересекаться-то они будут – я же видела его вдали, идущего по коридору с группой студентов, – но между нами всегда будет этот неуловимый, непреодолимый барьер.
Ничегошеньки себе!
Жить в стеклянной клетке, пусть даже и магической, под пристальными взглядами ректора и прочих магистров, я не собиралась. Мысль о побеге пришла внезапно. А что, если?.. – исчезнуть. Просто стать тенью, выскользнувшей за ворота Академии.
Я действовала стремительно, пока страх и сомнения не настигли меня. Из шкафа был выдернут рюкзак, в который полетело все, что попадалось под руку: пара свитков, смена одежды, сухая пайка, припрятанная на черный день. Сердце колотилось. Я почти чувствовала горьковатый и пьянящий вкус свободы.
Я, как призрак, бродила по знакомым и незнакомым коридорам Академии. Вышла на улицу, на ту самую площадь, где случился позор. Народ уже разошелся, но несколько студентов, увидев меня, ускорили шаг. А я шла, и стена шла со мной, огибая деревья, отсекая меня от фонтанов, от скамеек. Я была в центре своего собственного, невидимого всем остальным аквариума.
Я металась, пытаясь обмануть магию. Резко повернула за угол аллеи – и уперлась в ту же холодную гладь. Стена предвосхищала мои движения, она читала мои намерения и строила преграду именно там, где я надеялась найти выход. Это было похоже на кошмар, когда бежишь от чего-то, а все двери ведут обратно в ту же комнату.
Моей единственной целью было добраться до тайги, озера, леса, пустыни, до любого клочка суши в этом бушующем море унижения. Но добраться туда оказалось задачей для героя квеста. Тайга находилась за пределами МагАкадемии и путь к ней лежал через мосты, арки и внутренние дворы. И каждый раз, когда я пыталась свернуть на нужную тропинку, стена мягко, но неумолимо оттесняла меня, заставляя делать крюк, идти в обход, через теплицы или запыленный архивный корпус.
Я побрела обратно по знакомым, но вдруг ставшим чужими коридорам. Было странное ощущение, будто я возвращаюсь на место преступления.
Я шла, спотыкаясь, по аллеям, пересекалась со студентами. Они, конечно, видели не стену. Они видели меня, ректоршу, с раскрасневшимся лицом и сумасшедшими глазами, которая петляла по кампусу, как муха, бьющаяся о стекло. Я слышала их сдавленный смех, чувствовала их взгляды на своей спине. Еще один слой позора, нанесенный поверх первого.
Отчаяние подкралось ко мне тихо и незаметно. Я уже который час блуждала по восточному крылу Академии, и все коридоры начинали казаться абсолютно одинаковыми. Прислонившись лбом к прохладной каменной кладке, я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. И в этот момент случилось нечто невозможное.
Камень… подался, на мгновение перестал быть твердым. Ощущение было странным и пугающим: будто я оперлась на плотную занавесь, а она пропустила меня вперед. Я едва удержала равновесие, сделав невольный шаг сквозь то, что еще секунду назад было непробиваемой стеной.