– А если я откажусь.
– Мило, – сказал он. – Но не продуктивно. Я пришёл не за твоей жалкой жизнью, отпрыск тайги. Я пришёл за тем, что прячется в тебе.
Он сделал шаг вперёд, и его посох засветился зловещим багровым светом.
– Отдай мне Ректора, и, возможно, я не сделаю твою жизнь оборотня столь ужасной.
Внутри у меня всё оборвалось. Он знал и об этом.
– Он не шутит, Лера, – голос Алисы прозвучал тихо и отрешённо. – Он может это сделать. Он из Старой Расы. Его магия… древнее и сильнее.»
– Нет, – прошептал я.
– Что? – приподнял бровь сапфир.
– Я сказала, нет! – закричала я. Я не знала, что делать. Я не знала никаких заклинаний. Я просто знала, что от Этого ужасного, отвратительного Ректора Энрона я никогда не откажусь. Рвите меня на куски, делайте что хотите, хоть закопайте меня здесь, но не забирайте его. Отчаяние и ярость бушевали во мне.
И в этот момент в голове у меня что-то щёлкнуло. Не голос Алисы, а что-то иное. Воспоминание из пророчества родных, из слов отца и матери: «Земля, особенно на местах захоронений, насыщена остаточной энергией смерти. Её можно использовать для создания кратковременного барьера…»
У меня не было времени на сомнения. Я упала на колени, вонзила пальцы в холодную, влажную землю кладбища и, вложив в прикосновение всю свою волю, всю свою боль и всю свою ненависть, мысленно закричал: «Защити!»
Ничего не произошло.
Сапфир усмехнулся.
– Жалко, – выдала я.
Он поднял посох, нацеливаясь на меня.
И в этот миг земля передо мной вздыбилась. Из грунта, из-под старых плит, с грохотом и скрежетом поднялась стена из спрессованной земли, костей и корней. Она выросла на полтора метра в высоту, грубая, неуклюжая, но реальная.
Сапфир отступил на шаг, и в его красных глазах мелькнул улыбка.
– Это не ты сделала, это он балуется с тобой! – закричала Алиса.
Я сидела на земле, тяжело дыша. Руки горели, из носа текла кровь. Я чувствовал, как что-то выкачало из меня все силы.
– Беги, дура! – завопила Алиса. – Это ненадолго!
Я, пошатываясь, поднялась, и бросился прочь, к выходу с кладбища. Оглянувшись, я увидела, как багровый луч из посоха сапфира ударил в земляную стену, и та рассыпалась в пыль.
Но его взгляд, полный не угасшей злобы, а живого, жгучего интереса, преследовал меня до самых ворот.
Я выбежала на улицу и, не разбирая дороги, помчалась к Академии.
Я еще не предполагала, что встреча с Сапфиром не такое уж страшное обстоятельство по сравнение с тем, что меня ожидало впереди.
Глава 30. Агата и Леший
Я ввалилась в свою комнату, едва волоча ноги. С плеч сорвала плащ, испачканный землёй и прилипшими травинками, и швырнула его на спинку стула, ненароком согнав с насеста попугая. Тот, с магически сомкнутым клювом, вылупил на меня круглые глаза и гневно замахал крыльями.
– Молчи! – приказала я ему. Отчаяние и страх требовали выхода, и безмолвная птица казалась идеальным объектом для срыва. Руки предательски дрожали, в висках отдавался навязчивый стук, а по лицу и шее тянулась бурая дорожка запекшейся крови из носа.
– Ну что, Лера-Ректорша? – раздался позади меня уставший голос Алисы. – Понравилась ночная экскурсия? Сапфир, магия, ожившие могилы… Не каждый день такое увидишь.
– Хоть ты не издевайся, – прохрипела я, наливая в кружку воду из глиняного кувшина. Рука тряслась так, что я расплескала половину. – Он знает обо мне. Кто он, чёрт возьми?
– Я уже говорила. Это один из Древних. Те, кто жил здесь до людей. Сила у них… другая. Им обычно нет дела до наших склок. Если Сапфир интересуется тобой – дело пахнет жареным куда сильнее, чем кажется.
Я допила воду и повалилась на кровать, не в силах даже раздеться. Мыслей не было – лишь тяжёлый, липкий ужас и гулкая усталость во всём теле. Последнее, что я помнила перед сном, – это насмешливый взгляд красных глаз в кладбищенском мраке.
Утром меня резко вырвало из забытья настойчивый стук в дверь. Я вздрогнула, сердце бешено заколотилось, заставляя мгновенно протрезветь ото сна.
– Спокойно, – тут же урезонила меня Алиса. – Это не он. У Сапфира другие манеры.