– Гадкое животное! – прошипел он, и его глаза вспыхнули багровым светом.
Он не стал вырывать руку. Вместо этого он использовал её как рычаг. Со всей своей магической мощью он швырнул меня о землю.
Удар был сокрушительным. Мир взорвался белой, обжигающей болью. Я услышала, а не почувствовала, как что-то хрустнуло у меня в плече и в боку. Воздух с хрипом вырвался из лёгких. Я лежала на влажной, холодной земле, не в силах пошевелить ни лапой, ни даже хвостом. Сквозь туман в глазах я видела, как две фигуры сошлись в поединке – ослепительные вспышки света сталкивались с поглощающими всё чёрными вихрями.
Но до меня это уже не имело отношения. Боль была всепоглощающей. Я понимала – это конец. Больше мне не подняться. Я выполнила своё. Я спасла его. От Сапфира. От лучников. А он… он вернулся за мной. Он не дал Сапфиру меня убить.
Это была слабая, призрачная надежда, но её хватило, чтобы в глазах потемнело окончательно. Последнее, что я услышала перед тем, как погрузиться в беспамятство, был яростный крик Энрона, произносящего слова заклинания, и ответный, полный ненависти вопль Сапфира. Битва двух титанов, в которой я была всего лишь разменной монетой.
Глава 48. Это конец
Сознание возвращалось ко мне медленно, будто сквозь толщу мутной воды. Первым ощущением была тряска. Не грубая, а настойчивая, будто меня кто-то пытался разбудить ото сна, в котором не было ничего, кроме боли и тьмы.
– Лера... Лера, очнись!
Знакомый голос. Тот, что снился и мучил все последние годы. Я застонала, пытаясь оторвать тяжёлые веки. Передо мной проплывали размытые пятна: зелёный мох, серый камень, чёрные ветки.
– Где я? – прошептала я, и голос мой звучал хрипло-чужим. – В аду оборотней?
Пятна сложились в лицо. Острые скулы, напряжённый рот, и глаза, в которых бушевала буря из страха, надежды.
– Энрон, а ты... как здесь? – выдавила я, всё ещё не веря, что он реальность.
Он не ответил. Его руки, сильные и тёплые, прижимали меня к груди так крепко, будто боялись, что я рассыплюсь. Его пальцы вплетались в мои волосы, гладили их, и это прикосновение было таким нежным, таким несвойственным ему, что у меня перехватило дыхание.
– Что ты делаешь? – прошептала я, чувствуя, как по щекам катятся предательские слёзы.
И тут до меня дошло. Я смотрела на его руки, обнимающие меня. На свои собственные руки, которые лежали у меня на коленях. Они были... обычными. Человеческими. Без шерсти, без когтей. Я потрогала своё лицо – гладкая кожа. Я снова была девушкой.
– Как?.. – растерянно прошептала я. – Это невозможно...
– Сработало, – его голос дрогнул, и он прижал меня ещё сильнее, пряча лицо в моих волосах. – Синее сердце дракона... оно сработало. Я не верил... боги, я не смел верить...
Он говорил шёпотом, полным такого облегчения, что моё собственное сердце забилось в унисон. Он обнимал меня, гладил по спине, и казалось, сам не мог поверить в это чудо, в то, что держит меня в своих руках целую и невредимую, а не чудовище.
Я уткнулась лицом в его плечо, вдыхая знакомый запах кожи, его плоти. Вся боль, весь страх, вся обида – всё это куда-то отступило, оставив лишь хрупкое, трепетное чувство, что всё может быть хорошо.
– Где мы? – спросила я, наконец осмелившись оглядеться. Мы сидели на мягком мху в центре небольшой поляны, окружённой древними, почерневшими от времени соснами. Место было каким-то... мёртвым. Воздух звенел тишиной, и даже птицы не пели.
Энрон оторвался от моих волос, его взгляд стал тяжёлым.
– Ты не узнаёшь? – он медленно провёл рукой по замшелой глыбе у наших ног. – Это здесь я лишился крыльев.
Воспоминание ударило с силой физической боли. Да. Эта поляна. Этот камень, на котором до сих пор виднелись следы давнего, могучего пожара. Место его величайшего падения и позора.
Внезапная тревога заставила меня встрепенуться.
– А где Сапфир? – спросила я, озираясь по сторонам. Лес молчал.
Уголки губ Энрона дрогнули в подобии улыбки, но в глазах не было ни торжества, ни радости – лишь усталая уверенность.
– За него не переживай. Я его уничтожил. Обратил его чёрную магию против него самого. От него не осталось ничего.
Облегчение, тёплое и всепоглощающее, хлынуло на меня. Всё кончено. Враг повержен. Мы свободны. Мы вместе. Я снова обняла его, чувствуя, как его тело наконец расслабляется в моих объятиях.