— Из чистого отчаяния. Мир скоро поймет, что вы за монстр.
— Напротив. «Гокстад» заявит о готовности переправить воду из Аляски, Британской Колумбии и Великих озер в любую часть мира посредством танкеров. Когда наши прекрасные корабли покажутся у берегов страдающих от жажды континентов, нас встретят как героев.
— Вы и так безумно богаты. Зачем вам еще деньги?
— Хочу облагодетельствовать мир. Предотвратить будущие войны за воду.
— Мир, навязанный силой...
— Сила вовсе не обязательна. Я вознагражу тех, кто подчинится моей воле, и покараю непокорных.
— Уморите их жаждой?
— Если придется. И тут вы должны задать вопрос: какое место в моем плане отведено вашему изобретению?
— Вы ведь не позволите сорвать ваши бредовые замыслы?
— Напротив, ваш прибор очень важен. Не рассылать же мне танкеры по всему миру до конца жизни! Они — лишь временная мера, пока люди строят фантастическую инфраструктуру по добыче полярных льдов. Гигантские сельскохозяйственные угодья без постоянного и объемного водоснабжения обратятся в пустыни.
— Ни одна страна себе такого не позволит. Целые нации обанкротятся.
— Тем легче подловить их. Я построю опреснительные заводы по вашей технологии, доктор Кабрал. И результат производства контролировать стану единолично.
—Будете продавать его тем, кто предложит наивысшую цену?
—Разумеется. Теперь я намерена сделать вам повторное деловое предложение: отправиться в лабораторию, оснащенную всем необходимым оборудованием и ресурсами.
—Что, если я откажусь?
—Ваша подруга из НУМА достанется братьям Краджик. Смерть ее ждет отнюдь не быстрая и приятная.
—Она здесь ни при чем.
—Она — гвоздь, который в случае чего придется забить в доску.
Помолчав некоторое время, Франсишка ответила:
—Можно ли вам верить?
—Нет, доктор Кабрал. Верить нельзя никому. Однако вы человек умный и должны понимать: ваша жизнь для меня важнее жизни вашей подруги, и я склонна торговаться. Пока вы работаете на меня, Гаме живет. Согласны?
Как же отвратительна эта женщина и темные дела, порожденные ее злобным гением! Брунгильда совершенно точно страдает манией величия и — как и многие ее предшественники — совершенно глуха и слепа к страданиям невинных. Франсишка не выжила бы в джунглях среди охотников за головами, вампиров и ядовитых насекомых, не обладай она внутренней силой. Если понадобится, она станет настоящим Макиавелли. Наука выживания подарила ей скрытность и холодную ярость крадущегося ягуара. Покинув джунгли, Франсишка не переставала лелеять жажду мести. Да, это неправильно, неразумно, однако ненависть помогла сохранить разум. Впрочем, с возмездием придется повременить. Брун- гильду нужно обмануть.
Подавив ухмылку и склонив голову в притворном подчинении, Франсишка сказала:
—Победа за вами. Я помогу вам закончить прибор.
—Славно. Я провожу вас в лабораторию. Гарантирую: равнодушной вы не останетесь.
—Прежде я хотела бы поговорить с Гаме.
Брунгильда нажала кнопку на пульте, и в комнату вошли двое в зеленой форме. Слава богу, не Краджики.
— Отведите доктора Кабрал к ее подруге, а после снова ко мне. — Обернувшись к Франсишке, Брунгильда предупредила: — У вас десять минут. После вы немедленно приступите к работе.
В сопровождении охраны Франсишка миновала лабиринт коридоров, на лифте спустилась на несколько этажей. Остановились у двери с числовой панелью, на которой охранник набрал код. Дверь открылась, и Франсишка вошла в небольшую комнату без окон. Гаме сидела на краю кровати. Выглядела она просто ужасно: как боксер, побитый сверх всякой меры. При виде Франсишки Гаме просияла и попробовала подняться... Ноги подкосились, и девушка рухнула обратно на кровать.
Присев рядом, Франсишка обняла подругу за плечи.
— Как ты?
Гаме убрала волосы со лба.
— Ноги дрожат, а так вроде неплохо. Ты сама себя как чувствуешь?
— Мне вкололи противоядие, поэтому я бодрячком. Ты тоже скоро оправишься.
— Они не сказали, что с Полом? Он был наверху, когда похитители вошли в дом. — Франсишка покачала головой, и Гаме, поборов самые жуткие страхи, спросила: — Где мы, не знаешь?
— Нет. Наша хозяйка не говорит.
— То есть ты беседовала с тем, кого я хочу поблагодарить за столь теплый прием?
— Ее зовут Брунгильда Сигурд. Это ее люди похитили нас.
Гаме уже хотела ответить, но Франсишка сделала предупреждающий жест: поджала губы и стрельнула глазами по сторонам. Гаме тут же уловила намек: в комнате стоят «жучки» и камера.
— Времени дали немного, поэтому сразу скажу: я согласилась поработать на мисс Сигурд. Надо закончить и усовершенствовать опреснительный прибор. Пока я не завершу работу, нас будут держать здесь. Сколько времени потребуется — не знаю.
— Будешь помогать тому, кто нас похитил?
— Да, — ответила Франсишка, гордо вскинув подбородок. — Я десять лет потратила в джунглях, и теперь меня ждет куча денег. «Гокстад» найдет моей технологии наилучшее применение.
— Ты в самом деле этого хочешь?
— Да, я уверена.
В этот момент открылась дверь, и один из охранников жестом велел Франсишке выйти. Кивнув, она на прощание обняла Гаме, встала и быстро вышла вслед за людьми в форме.
Гаме, оставшись наедине с собой, попыталась сообразить: что имела в виду Франсишка, когда подмигнула. (А она действительно подмигнула!) От новой подруги, доктора Кабрал, можно ждать приятных сюрпризов. Просто так на врага она работать не станет. Однако есть дела поважнее. Растянувшись на кровати, Гаме попыталась расслабиться. Сейчас главное — дать телу и разуму отдых. После можно и о побеге подумать.
Высоко над зеленовато-синей поверхностью озера Тахо парил красно-белый купол парашюта, а под ним — в кресле для парасейлинга — сидел человек, которого тянул на тросе катер.
Щелкнув переключателем на рации, мужчина произнес в микрофон:
— Давай еще круг, Джо.
Завала махнул снизу рукой, давая понять, что инструкции Остина приняты. Он повернул штурвал, и катер «Пара-Навтик» пошел по широкой дуге вдоль калифорнийского берега озера.
Благодаря маневру Остин получил шикарный обзор озера и прилегающих территорий. Тахо — на границе Калифорнии и Невады, в двадцати трех милях к юго-западу от города Рино. Окруженное горами, которые зимой покрываются снегом, Тахо — одно из самых крупных горных озер в Штатах: расположено на высоте более чем в милю над уровнем моря, в глубину достигает шестнадцати сотен футов, двадцать две мили в длину, почти десять миль в ширину; лежит в котловине, образованной в доисторические времена силами природы. Калифорнии принадлежат две трети его площади. В северной своей точке озеро изливается в реку Траки, а на юге превращается в денежный поток, идущий прямиком в закрома местных элитных казино.
Первым из белых людей озеро обнаружил Джон Си Фремон во время разведывательной миссии. Для англоязычных колонистов выражение «до хоу» («много воды» на языке племени вашо) звучало очень похоже на «тахо». Так название и закрепилось.
Внимание Остина привлекла полоска суши и лес позади нее. Жаль, нет видео- или фотокамеры, память так ненадежна. Впрочем, столь близко от собственности «Гокстада» проявлять к ней внимание нежелательно. Наведешь на постройки объектив, и охрана тут же заподозрит неладное, поднимет тревогу.
Внизу, прямо от скалистого склона, в воду уходил длинный причал, к которому была пришвартована моторка. За лодочным сараем — или складом — склон круто уходил вверх и заканчивался лесистым плато. Оно, в свою очередь, сменялось холмом, покрытым густыми зарослями деревьев. Глядя на торчащие из-за верхушек крыши и башенки, Остин невольно вспомнил замки из сказок братьев Гримм.
Внезапно на пирс выбежали несколько человек в темно-зеленой форме. С высоты две тысячи футов Остин деталей не разглядел, но не удивился бы, если семейный альбом корпорации «Гокстад» пополнился снимками его самого под куполом парашюта.