Крис Беккер прицелился в японца, голова которого показалась из-за подбитого ведущего танка. Танк наполовину лежал на боку. Он свалился, и потребуется немало времени, чтобы снова сделать его подвижным. Винтовка Беккера была снабжена оптическим прицелом, к тому же он был отличным стрелком. Он взял японца на мушку, и рука его не дрогнула. Спустил курок и в оптический прицел увидел, как японец медленно осел на землю.
Кларк лежал позади Беккера. Он услышал, как один из пенджабцев что-то крикнул ему сзади, но что именно, не расслышал. Лес, казалось, кишмя кишел японцами. Они предпочитали забираться на деревья и оттуда стрелять по австралийцам. Кларк вытянул одну из двух своих гранат и бросил ее в чащу, где ему послышалось какое-то движение. После взрыва там все затихло. Но зато слева вдруг заговорил пулемет, прочесывавший дорогу позади них. Беккер обернулся, увидел маленькие фонтанчики земли от пуль и сухо сказал Кларку:
— Все. Нам не пройти…
Рассредоточение началось. Кларк и Беккер увидели, что австралийские солдаты, залегшие у моста, теперь начали исчезать в лесу.
— Похоже на «спасайся кто может!» — крикнул Беккер.
Кларк лишь кивнул. Он надел рюкзак, а потом махнул рукой Беккеру:
— Пошли! Нам еще удастся выбраться!
Они переползали через дорогу, когда мимо подбитого танка, сминая все на своем пути и непрерывно стреляя, прошла еще одна группа японских танков. Это были уже тяжелые танки, и им ничего не стоило просто-напросто раздавить слабую противотанковую оборону австралийцев. В одно мгновение танки оказались в середине колонны. Начался яростный ночной бой. Австралийцы бросали в стальных колоссов последние бутылки с горючей смесью. Некоторые солдаты, обвязавшись связками ручных гранат, бросались под гусеницы танков. Но за танками шла пехота, и вскоре сопротивление австралийцев было сломлено. Никакого командования уже не существовало. Последний приказ Андерсона гласил: всем солдатам поодиночке отходить через болотистый лес на юг.
Японцы очень быстро разгадали этот маневр. Они рассыпались и начали прочесывать джунгли. Часами длились бои на непроходимой местности. Только каждому четвертому из австралийских солдат удалось преодолеть болота. Когда наступила ночь, японцы сделали перерыв в охоте на людей.
Генерал Нисимура вылез в Парит-Сулонге из танка и прошел в здание, где прежде находился английский телеграф. Теперь здесь располагался передовой командный пункт императорской гвардейской дивизии. Нисимура приказал кратко доложить обстановку. Результатами, операции он был доволен. Утром его части продолжат преследование бегущего противника.
Было уже темно, когда из леса вернулась одна из японских преследующих групп. Она привела около пятидесяти взятых в плен австралийцев, которые по приказу полковника Андерсона пытались вынести на юг тяжелораненых. Солдаты были совершенно измождены. Большинство раненых находилось при смерти или умерло в пути.
Нисимуру пригласили поглядеть на пленных австралийцев. Это отняло у него немного времени.
— Сколько у нас здесь офицеров? — осведомился он у Асиды.
Оказалось, что десять лейтенантов, три майора и один полковник. Нисимура приказал собрать их всех на площади перед телеграфом.
— Офицеры императора! — выкрикнул он громким, резким голосом. — Мы одержали решающую победу. По обычаю наших предков победитель имеет право убить поверженного врага. Я надеюсь, что каждый из вас мастерски владеет мечом, как подобает офицеру императора. Через час мы свершим здесь свой приговор над побежденными. А это значит: голову долой!
Пятьдесят носильщиков были отведены в сторону. Никто из них не знал, что должно произойти, так как ни один не понимал по-японски. Но они почувствовали, что судьба их решится еще этой ночью, ибо им пришлось беспомощно наблюдать за тем, как японские солдаты сбросили с носилок раненых и безжалостно швырнули в бамбуковую хижину. Потом принесли канистры с бензином и облили раненых, а один из японцев, отойдя поодаль, выстрелил из ракетницы. Хижина запылала. Несколько минут слышались вопли заживо сжигаемых.
Крис Беккер недоверчиво втянул в себя вечерний воздух. Запах гари был непривычен. И Беккер сообразил, что это значит. Шепотом он сказал лежавшему рядом Кларку:
— Это из деревни. Сжигают трупы.