Чем ближе разведчики подходили к Джохор-Бару, тем больше встречалось им таких просек. Беккер со своими солдатами приблизился к Джохор-Бару на расстояние нескольких километров. Здесь они остановились, нанесли все замеченное па карту и отправились в обратный путь. Беккера поразило, что передвигаться в тылу японцев оказалось так легко. Они были не в состоянии оккупировать Малайю столь плотно, чтобы держать под контролем всю ее территорию. Им приходилось ограничиваться захватом главных транспортных артерий, крупных населенных пунктов и хозяйственных центров. А все, что лежало между ними, — тысячи квадратных километров леса, болот, широкие саванны, поросшие кустарником, заросли каучуковых деревьев, — словно самой природой было предназначено для того, чтобы здесь скрываться от захватчиков.
Паша боевая тактика полностью упустила это из вида, размышлял Беккер. Обороняясь, мы не поступали так, как японцы во время наступления: не обходили узлы сопротивления, не атаковали их с тыла, не прятали в лесу целые подразделения, чтобы потом нанести неожиданный удар противнику, мнящему себя в безопасности. Мы совершенно не приспособили свою оборону к местности, к условиям страны. С помощью нескольких тысяч малайских солдат, умеющих передвигаться в лесу, мы смогли бы настолько задержать продвижение японцев, что еще неизвестно, удалось ли бы им сегодня закрепиться в Малайе. С помощью небольших частей и эффективной разведки мы могли бы сорвать снабжение японских войск и тем парализовать их боевые части. Мы могли бы…
Но перечислять все упущения и ошибки было бесполезно. Фактом оставалось то, что английское командование противопоставило японскому нападению непригодную концепцию обороны и что войска противника уже стояли в Джохор-Бару, готовые преодолеть последнее препятствие — узкий пролив, отделяющий их от Сингапура.
На обратном пути трое австралийцев обнаружили еще одну колонну японских автомашин, везших множество небольших понтонов с подвесными моторами. Пересечь на них Джохорский пролив было делом нескольких минут. Беккер зарисовал небольшие моторные лодки.
Разведчики еще раз, необнаруженные, пересекли район сосредоточения японских войск. Продвигаясь преимущественно лесом, они опять добрались до болотистого берега. Нигде ни одного японского часового, который мог бы их заметить. Японцы поставили дозоры только па наиболее просматриваемых местах. Они не допускали мысли, что английские войска могут попытаться через канал пробиться в Джохор. Австралийцы подошли к своей лодке, малаец взялся за шест и, ловко маневрируя, вывел ее на водный простор. Слегка подгоняемая течением, она скользя поплыла к южному берегу.
Задолго до рассвета лодка причалила к острову. Ожидавшая здесь автомашина быстро доставила их в штаб, где они доложили о виденном. Утром результаты ночной разведки стали известны Персивалю. Намерения японцев были теперь ясны: усиленная подготовка к атаке ведется западнее взорванной дамбы. К востоку от нее, в расположении дивизии императорской гвардии, признаков предстоящего форсирования мало. Но Персиваль и его штаб так опасались зачастую необычной тактики японцев, были столь напуганы их часто неожиданными маневрами, что крайне осторожно отнеслись к данным разведки. Они сочли, что противник хочет ввести их в заблуждение насчет действительного направления удара. К тому же восточнее дамбы японцы ввели в действие больше артиллерии, да и, само собой разумеется, полагал Персиваль, главный удар нанесет именно дивизия императорской гвардии. И хотя войсковая разведка доставила безупречные и весьма важные данные, они почти не повлияли на тактику обороны. В Сингапуре теряли время в бесполезных и путаных приготовлениях к японскому наступлению. Воинские части перебрасывались из одного места в другое. Полным ходом шла эвакуация гражданского населения и необходимого для обороны военного персонала. Не прекращался грохот взрывов: это взлетали на воздух жизненно важные объекты. Тем самым обороняющиеся систематически лишали себя базы для своих будущих действий.
Генерал Ямасита не без коварного умысла расположил дивизию императорской гвардии в тылу восточной части Джохора. Между ним и генералом Нисимурой с некоторых пор существовали трения, и каждый при первой возможности с удовольствием подставляет ногу другому. И хотя Ямасита планировал поручить нанести первый удар по острову Сингапур частям гвардейской дивизии, по его замыслу этот удар уже через несколько часов должен был потерять всякое значение. Зато впоследствии он всегда сможет сказать, что предоставил отборному войску Нисимуры честь первым поднять меч, хотя в действительности этот первый взмах послужил бы второстепенным, отвлекающим маневром.