Снаружи на фоне множества звуков работающей в боевом режиме военной базы был отчетливо слышен шум винтов заходящего на посадку перед ангаром вертолета.
Доктор Кравиц теперь выглядел гораздо увереннее. Видимо бумаги о сотрудничестве дающие иммунитет от уголовного преследования, подписанные им в офисе и разговор с семьей, находящейся в безопасном месте под присмотром агентов, сделали свое дело.
- Итак. Продолжим нашу беседу. - Адамс небрежно кивнул в сторону стола,за которым его люди только что опрашивали сотрудников лаборатории. - В одной из этих фур находится мобильная лаборатория, а в ней генератор пси-поля. Верно?
- Да, - согласился ученый. – Нам удалось сделать мобильную версию генератора.
- Какова цель ваших исследований?
- Это наука, - немного смутившись, пожал плечами Кравиц. – А цель науки находить новое, исследовать, систематизировать и давать ему объяснение.
- Но фармкомпания наверняка ожидала конкретной отдачи от ваших исследований. Ее, ведь наука интересует лишь как источник прибыли.
- А... Вы об этом. Они хотели использовать мои разработки в области пси-поля для создания «инкубаторов счастья».
- Чего? – удивился Адамс.
- Счастья, - ученый понял, что его собеседник не понимает, о чем идет речь и, прочитав на его лице явное замешательство, продолжил. – Понимаете, мы думаем, что наше сознание является результатом множества химических и физических процессов. Эти процессы чрезвычайно сложны и запутаны, но вполне объяснимы с точки зрения современной науки. Как любые другие процессы в природе они взаимодействуют с окружающей средой, а значит и окружающая среда может взаимодействовать с ними. Взаимодействие физических процессов порождаемых нашим сознанием с окружающей средой я называю пси-полем. На этом основана моя теория. Как и любое взаимодействие его можно зарегистрировать и описать. Для этого нужныочень чувствительные приборы, которых до недавнего времени не существовало. Но сейчас, в результате моей работы, это возможно. Как и любое взаимодействие, пси-поле неоднородно. Его природа меняется в зависимости от влияния на него окружающей среды. И не забывайте, что это влияние обоюдно. Такая неоднородность может быть классифицирована по характерным физическим или химическим параметрам и привязана к определенному участку мозга. Если стимулировать этот участок, то можно добиться качественных изменений в сознании. Может, мы чего-то еще не знаем или полностью не понимаем, может все на самом деле устроено совершенно по-другому. Но, во всяком случае, с точки зрения знаний, которыми мы обладаем на данный момент, моя теория выглядит именно так.
- Со стимуляцией все ясно, - понимающе кивнул Адамс. – Препараты с серотонином* (*Один из основных нейромедиаторов, часто называемый «гормоном счастья») для подняния настроения используются давно. А можно еще подключить провода напрямую и стимулировать мозг, где и сколько угодно. Меня интересует сам «инкубатор счастья»? Чем он отличается от простой инъекции гормонов.
- Я как раз пытаюсь это вам объяснить. С серотонином не все так просто. Его искусственная форма ведет к критическим срывам гормонального баланса организма, а стимулирование токами шишковидной железы, которая его вырабатывает, вообще может иметь самые неприятные последствия. Я действовал, как вы выразились, напрямую, но более тонко. Я смог через пси-поле бесконтактно влиять на активность шишковидной железы вырабатывающей серотонин и еще на вентральный стриатум, вырабатывающий дофамин - гормон удовлетворения и поощрения. Оба этих нейромедиатора в паре отвечают за состояние счастья у человека.
- И ваши боссы решили заработать продавая людям счастье? - вполне серьезно спросил Адамс чувствуя, что не зря прилетел в Сан-Франциско.
- О, нет, - Кравиц уважительно покачал головой. - Они хотели продавать счастье не отдельным людям, а целым правительствам, чтобы сделать всех их граждан счастливыми.
- Хм... А вот это довольно необычный поворот.
- Нет здесь ничего необычного. Счастливый народ - мечта любого правителя. Это его индульгенция на вечное правление.