Я только головой покачала. Что тут скажешь – Химик был в своем репертуаре. И чего ему не сиделось вместе с Никс, Фабио и командой Рохаса в тихом и спокойном пятом? Данные собраны, ящики с образцами отгружены – исследуй себе сколько влезет. Но нет, потянуло… на полевую романтику.
Ладно, ординаторская, да еще с уцелевшей техникой, – это хорошо. Вдруг да удастся достать несколько неповрежденных инфочипов.
Дверь поддалась со скрипом. Пришлось напрячь все силы шейда, чтобы расширить проход до состояния, когда через него смог бы протиснуться манн в экзокостюме. Стены комнаты были толщиной с руку – не ординаторская, а настоящее убежище.
– Вот, смотри, смотри. – Химик вслед за мной забрался внутрь. Свет его налобного фонарика заскользил по потухшим панелям управления и полупустым полкам. – Круто, да?
– Хавьер, – позвала я в коммуникатор. – Подойди.
Тишина.
Я проверила браслет-коммуникатор, убеждаясь, что он полностью исправен.
– Хавьер… Хави? Анхель? Прием. Прием!
– Сола. Сюда.
Я обернулась к Химику, чтобы приказать тому позвать Кесселя, пока я разбираюсь с панелями управления, – и вдруг почувствовала, как что-то коснулось шеи. Тонкие иглы шипа прокололи кожу, впрыскивая… что-то…
Какого шисса?..
За спиной с шипением захлопнулась дверь – та самая, которую я с таким трудом открыла пару минут назад.
На осознание глубины шиссовой задницы, в которой я оказалась, ушло не больше мгновения.
Удачно упавший генератор, который мог бы спасти жизнь Михелям, наводка на заброшенную фабрику с помощью водички с примесью тяжелых металлов, коммуникатор, потерянный в шиссовой яме как раз перед встречей с маннами Рохаса, и тот факт, что Химик был последним, в чьих руках находился шип с остатками вещества, который я извлекла из Хавьера… Вряд ли дядя был настолько умен, чтобы выдумать план с отравлением Ракель, а вот Химик… Химик мог. Химик мог дать Рамону чип с вирусом, подготовить шип. Да и сейчас… завод был обесточен. Откуда тогда взялась энергия для закрытия двери, если все это… не было заранее спланировано?
Шисс, шисс, шисс!
Ловушка!
Это ловушка!
Мысли вихрем пронеслись в голове, а тело, напитанное силой шейда, уже разворачивалось к Химику, еще опускавшему пистолет, из которого он только что выстрелил в меня. Остановить, обезвредить – а потом предупредить Хавьера и остальных, пока не стало слишком поздно.
Но я не смогла трансформироваться.
Не успела даже закончить смертельный прыжок.
За бронированным стеклом ординаторской огненным смерчем расцвел взрыв. Лабораторию сотрясло до основания, меня повалило с ног, погребло под грудой сорвавшихся полок. Я съежилась, ожидая, что взрыв сомнет комнату словно жестяную банку, но толстые стены выдержали огненный удар.
Но ведь Хьюго унес ящики! Лаборатория была чиста! Да и вообще, всей взрывчатки, что мы принесли, не хватило бы, чтобы устроить такой хаос.
А значит…
Все и правда было подстроено.
От начала до конца.
Шисс!
Снаружи ревело пламя, капли оплавленного металла стекали по стеклу, оставляя за собой красно-серый след – такие же горячие и жгучие, как слезы. Перед глазами двоилось от сотрясения и неизвестной шиссовой дряни, растекавшейся по венам. А сердце стучало все быстрее… сгорая, сгорая в огне, полыхавшем под веками.
Они мертвы.
Анхель, Ракель… Хавьер.
Все мертвы.
Серебристый шейд бился в агонии, и вместе с ней по телу растекалась ярость, слепящая и неудержимая, словно пламя за стеклом. С трудом поднявшись на ноги, я впилась взглядом в Химика. Шагнула вперед. На лице манна отразился ужас, в следующую секунду сменившийся расслабленным спокойствием.
Что?..
– Ну, здравствуй, Солана, – раздался за спиной самый ненавистный на всем Абиссе голос. – В прошлый раз мы не закончили нашу беседу. Ничего. Теперь у нас будет достаточно времени.
Боль от второго укола я практически не почувствовала.
Последним, что я увидела, прежде чем провалиться в душную темноту, были бронированные носки ботинок Ли Эббота.
Глава 11
Свет, белый, слепящий, он ворвался под веки, обжигая глаза, в которых еще догорали отголоски пламени. Тело не слушалось, в ушах гудело – то ли рев двигателя, то ли гул генератора, питавшего яркие лампы.
Я попробовала пошевелиться – голова буквально взорвалась от боли.
Плохо.
Заброшенный завод оказался ловушкой. Мы провалили миссию – не успели вынести образцы, подтверждавшие нелегальные опыты на детях. Даже записи с визоров передать не удалось – вовремя включенная глушилка свела на нет попытку трансляции, оборвав связь со студией «Хирургов».