Объединение сил шейдеров не привело к победе. Мрачные прогнозы Дамиана Рохаса воплощались во всем пессимистичном великолепии. Еще немного, и нас посмертно выставят террористами, уличные бунты подавит полиция, недовольных посадят в тюрьму.
Все будет кончено.
Шейд откликнулся волной протеста, переплавляя боль в злость, жидким металлом растекавшуюся по венам.
«Нет. Не все».
Оцепенение, вызванное впрыснутым мне наркотиком, спадало, возвращая мышцам силу, а разуму – острую кристаллическую ясность. Я была жива. И раз отчим не убил меня сразу, еще оставался шанс. Крошечный, но шанс. Не выжить, нет – на такое я, оказавшись в руках Ли Эббота, даже не надеялась.
Отомстить.
За Хави, за Михелей, за Ракель и Анхеля… за отца.
Тело захлестнула волна ярости – шейд одобрял мой выбор, собирая силы для решающего броска, когда представится удобный момент. Кожа под курткой зачесалась, готовая покрыться серебристой чешуей.
Ли Эббот заплатит. За все.
– Очнулась, – раздался высокий голос Химика. Я напрягла мышцы, проверяя оковы на прочность. Тщетно. – Можешь не стараться, в полиции учли предыдущий опыт и подобрали более крепкие наручники.
Говорить было трудно, поэтому я лишь ощерилась, всем видом демонстрируя презрение. Шиссов… нет, много чести. Мелкий помойный грыз, иначе и не скажешь.
Приоткрыв глаза, я различила синеволосого полукровку, стоявшего в нескольких шагах от меня. Залитая светом белая комната за его спиной двоилась в расфокусированном зрении. На краю видимости суетились тени в белых халатах.
Похоже, мы все еще были в лаборатории или где-то неподалеку. И оборудование, реагенты, жесткие диски с результатами исследования… весь тот компромат, который мы так упорно искали, все это время был здесь, под нашим носом.
Шиссово семя! Надо было догадаться, догадаться сразу же, как только мы ступили на порог опустевшего завода! Тогда не случилось бы…
И Хави… и все остальные… остались бы…
Глаза предательски защипало.
Химик фыркнул.
– Могла бы и поблагодарить, Солана. Если бы не я, ты лежала бы сейчас горсткой пепла вместе с остальными, а не сидела бы в убежище, живая и невредимая. Тебе невероятно повезло, что ты оказалось нужна капитану Ли Эбботу настолько, чтобы он дал личное распоряжение не начинать операцию, прежде чем ты не окажешься в безопасности.
Я дернулась сильнее, кровожадно мечтая вспороть когтями тонкую шейку предателя. Бесполезно. Мои старания вызвали у Химика насмешливую улыбку.
– Не завидую тебе после того, как капитан закончит.
Тяжелые шаги заставили полукровку умолкнуть. Манн выпрямился, отдавая честь вошедшему в комнату литианину в усиленном экзокостюме.
– Капитан Эббот.
– Ювель.
Отчим равнодушно кивнул бывшему Химику.
– Шей Диаз в полном вашем распоряжении, капитан, – отчитался полукровка. – Крепления наручников ограничивающего кресла надежно удерживают вашу гостью, в том числе в трансформированной форме, что исключает любые… эксцессы. Для закрепления эффекта я взял на себя смелость ввести ей мощное седативное.
Холеное, гладко выбритое лицо отчима исказила гримаса недовольства.
– Я приказал проследить, чтобы Солана Диаз уцелела при взрыве. От тебя не требовалось брать смелость и проявлять неуместную инициативу.
Самодовольная улыбка моментально сползла с лица Химика.
– Не беспокойтесь, капитан, я изучил все ваши требования и подобрал подходящий препарат. Он идеально совместим с фрагментатором и мозговым буром, которые вы приготовили для… – Прозрачные глаза сощурились, и Химик, побледнев, проглотил вертевшиеся на языке оправдания. На тощей шее нервно дернулся кадык, и продолжил манн уже далеко не так уверенно. – Простите, капитан. Этого больше не повторится, капитан.
– Запомни, Ювель, смелость, инициативы и прочие свободы должны сгореть вместе с твоими бывшими друзьями. А здесь, – сжалась в кулак рука в экзоперчатке, – приказы отдаю я. И только я.
– Конечно, капитан.
– То-то.
Испуг на лице Химика вернул Ли Эббота в состояние расслабленного благодушия. С видом победителя он подошел ко мне и первым делом проверил толстые скобы наручников, охватывавших шею, запястья, лодыжки, бедра, талию и плечи. Удовлетворенно кивнул и потрепал меня по щеке в извращенном подобии ласки, на которое была способна мелкая моторика экзоперчатки.
Я с трудом сдержалась, чтобы не плюнуть ему в лицо.
– Капитан, – подал голос Химик. Вместо того чтобы по-тихому исчезнуть, пока Ли Эббот развлекался с любимой игрушкой, манн нерешительно переминался с ноги на ногу, явно желая продолжить разговор. – Надеюсь, мои услуги оценены вами в должной мере. Вы обещали добиться, чтобы мне вернули ученую степень и место в лаборатории. Я же могу рассчитывать, что вы напишете рекомендацию на повышение?