- Что смешного? - недоуменно возмутилась Катя.
- Да ничего, я себя ощущаю зеленым студентом, вот и смеюсь над собой.
- А сколько тебе лет?
- Много, целых тридцать два года.
- Да ну, это разве много. Много лет мне.
- А сколько тебе лет?
- Вообще-то воспитанные люди у дамы возраст не спрашивают.
- Можно я будут немного невоспитанным? Так сколько же?
- Тридцать, - Катя расхохоталась. - Старушка уже.
- Вовсе и не старушка, - пожал плечами Игорь.
- Старушка, меня так бабушка называет. Ей все не дает покоя, что у меня нет мужа, и деток еще не нарожала. Она меня воспринимает как инкубатор.
- А как воспринимаешь себя ты?
Катя наконец закончила с приготовлениями и села рядом. Она пристально посмотрела в его глаза, гипнотизирую своими серо-голубыми озерами.
- А с какой целью интересуешься? - она резко отвернулась, неестественно отшучиваясь.
- С прямой. Может, я жениться хочу?
- Да ну! - она бросила слегка презрительный взгляд на него.
- Знаю я ваших, московских.
Игорь возмущенно прокашлялся, не ожидая такого выпада. Катя, чувствуя свою излишнюю грубость, положила ему на тарелку кушанья и ласково дотронулась до его руки.
- Не сердись, сам же знаешь, как мы к вашим относимся, вот и вырвалось. Давай есть, а? А то я не обедала, все готовила и готовила! - она игриво блеснула глазами, подтолкнув его свой ногой. - Давай, хватит дуться.
- Действительно, надо есть, - согласился он, с удовольствием принимаясь за предложенное угощение.
Вдвоем они умяли почти все, что было на столе. Катя ни на шаг не отступала от него, но, в отличие от себя, он даже не заметил, что у нее хоть на чуть-чуть надулся живот, хотя его ремень уже просил пощады.
- Не в коня корм! - Так всегда говорит моя бабушка. Она все хочет, чтобы я набрала вес, а то я, по ее мнению, так со школы и не выросла. Поэтому мужчины на меня и не смотрят, - она заразительно рассмеялась.
- По-моему все прекрасно, но, может, твоя бабушка и отчасти права.
- Вот так да, значит я некрасивая? - возмутилась Катя, собирая пустые тарелки со стола.
- Нет, некрасивая, - ехидно улыбнулся Игорь, за что тут же получил ложкой в лоб.
- Хам! И чего я тебя в гости позвала?
- Ты меня не так поняла. Я пока не могу подобрать слова, - начал оправдываться он, вертя в голове весь свободный словарь, подбирая нужный эпитет.
- Мне надо еще подумать.
- У, думай, думай, - фыркнула Катя, унося тарелки в ванную.
- Расскажи о себе? - спросила Катя, разливая чай.
- Да особо нечего рассказывать. Довольно пустая жизнь. Родился, учился, потом опять учился, непонятно зачем, работаю. Ни семьи, ни детей. Ничего особенного.
- Грустно, как-то. И что, нет ничего, даже увлечение?
- Раньше было, сейчас все забросил.
- А чем занимался, почему забросил?
- Музыкой, гитарист-любитель, - он изобразил руками гитариста виртуоза, - не до этого теперь, одна работа, вот и все.
- Песни поешь?
- Нет, не пою, мне мой голос не нравится, противный такой, - он поморщился.
- А я пою, меня бабушка научила.
- Споешь что-нибудь?
- Сыграй, тогда спою! - увернулась Катя.
- Хорошо, я запомню.
- Запоминай, - она пожала плечами, - опять все спуталось.
Катя положила на стол заколку и распустила темные волосы по плечам, строгость прически улетучилась, и на него смотрела простая красивая женщина, выискивая ответы в его смущенных, слегка опущенных глазах.
- А как мы дальше будем? - решился Игорь, собирая все силу воли, твердо смотря ей в глаза.
- В смысле? Ты завтра уедешь. Вот и все. А чего ты хочешь?
- Не знаю, но...
- Так узнай, а потом говори! - воскликнула она, сверкнув гневно глазами. Он опешил от ее поведения и выдав это лицом. Катя, распаляясь, неверно понимая его реакцию, вскочила.
- Продолжения хочешь? Тебе же, конечно, рассказали, сколько тут что стоит, да? Нашелся тут, московский мажор! Так вот что, я тебе не всякая там, вырядился он тут! Да вам всем только одно и нужно!
Она резко дернула за молнию курточки костюма, обнажив плоский белый живот и небольшую грудь, спрятанную в простой белый лифчик.
- Пять рублей, понял? Потянешь, нет? - закричала она, покраснев.
- Десять, - не поддаваясь на ее истерику ответил Игорь.
- Что десять?!
- Дам десять рублей, - он встал и, взяв кружку, ушел в ванну.
Катя стояла посреди комнаты, открыв от возмущения рот, не в силах выговорить ни слова от накатившего на нее гневного оцепенения. Игорь вернулся и молча вылил ей кружку холодной воды на голову. Катя изумленно смотрела на него, медленно остывая, Игорь протянул ей полотенце со словами: "Вытрись".
Катя послушно вытерла лицо и шею и застегнула курточку.
- Садись, - приказал Игорь, она села на свое место.
- Я не буду спорить, что мне этого тоже надо, как ты выражаешься. Но не только этого, понимаешь?
Он встал и стал ходить и ерошить волосы на голове, не в силах больше бороться с волнением.
- Я не знаю, что это, но не хочу, понимаешь, не хочу, чтобы все закончилось здесь и сейчас.
- Но зачем я тебе? Как, как ты себе это представляешь? - Катя плакала от досады на него, на себя, давшую волю своей наболевшей истерике.
- А что, что нам мешает? Расстояния? Ерунда! - воскликнул он. - Давай поедем отпуск вместе. Я не сделаю ничего, чтобы тебя могло оскорбить. Но надо попробовать, ты сама это чувствуешь, не ври хоть себе.
- Я... я, не могу, - заплакала она, закрыв лицо руками. - Не могу, не могу, не могу...
- Не понимаю, объясни, - он встал рядом с ней на колени, деликатно взяв за плечи.
Катя уронила свою голову ему на плечо и зашептала жарким дыханием: "Мне надо работать, понимаешь? Мне нужны деньги, а меня увольняют. Я не имею права".
- Ты не имеешь права? Кто это решил?
Катя нежно посмотрела блестящими от слез глазами и поцеловала его в губы, обжигая его жаром своих чувств.
- Не терзай меня. Я просто не могу.
- Не согласен, не согласен! Черт возьми! - неожиданно для себя, Игорь с легкостью поднял ее вместе со стулом, держа на весу возле своего лица. Катя негромко охнула от резкого подъема, от удивления широко раскрыв глаза. - Так не будет, слышишь?!
- Опусти меня, ну, что за игры? - Катя слегка повеселела, гладя его напряженные плечи. - Ну, не дури.
- Не отпущу! Не отпущу, никогда!
- Ты уверен, что тебе это надо? Я же не камень, пожалей меня.
- Уверен. Я никогда в своей жизни еще не был так уверен!
- Отпусти меня! - потребовала Катя и еще раз поцеловала. - Я согласна, согласна! Отпусти же!
Игорь отпустил ее на пол и устало сел на свой стул. Они долго еще смотрели друг на друга, глупо улыбаясь, Катя утирала последние слезы ладонью, второй рукой она крепко сжимала его пальцы.
- Тебе пора, - Катя вздохнула, опасливо глядя на часы.
- Давай свой номер, Игорь достал телефон.
Катя продиктовала ему номер, он тут же набрал его, проверив, не обманула ли. В мессенджере тут же появился новый контакт с маленькой птичкой, вместо фотографии.
- Это ты? - спросил он. - Что это за птица?
- Синичка, - пожала плечами Катя. А сбрось мне мою фотографию, а?
- Ты когда будешь дома?
- Через неделю, может чуть позже. Но ты так сильно не торопись, ладно? Дай мне время, - суетливо заговорила Катя.
- Я не буду тебя неволить, но и на поводу у тебя идти отказываюсь.
- Хорошо, я согласна. Позвони мне, как домой доберешься, хорошо?
- Конечно, позвоню.
- Все, тебе надо идти, - голос ее дрогнул.
- А что случилось?
- Пожалуйста, не спорь.
- Я тебе завтра вечером позвоню, хорошо? - спросил Игорь, уже одетый, с наглухо завязанным Катей шарфом.
- Хорошо, я буду ждать, - она притянула его к себе и быстро поцеловала.
- Всё, иди уже!
Выйдя из общежития, он так и не понял ее опасений, в коридорах на него никто не обратил внимании, редкие жильцы молча шли по своим делам, уткнувшись в телефоны.