— И давно она у тебя? — заинтересовался я.
— Другой год. Всем удалась. Голос только подводит: не лает, а будто ревет…
— А порода хорошая?
— Кто ее знает! Родословной нет. Зато уж работает…
Мы подошли к сараю. Данила на минуту скрылся за воротами и вскоре появился перед нами снова, но уже вместе с тонкомордой изящной сукой светло-рыжей масти. Сука была невелика, но статна, с умными карими глазами.
— Хороша! — в один голос оценила собаку вся наша компания.
А сын нашего товарища, доктора Бориса Ивановича, Юрка, посмотрел на собаку и сказал:
— Пап, давай и мы заведем такую.
— Ее еще прежде найти надо, — лукаво проговорил Данила. — Я-то свою, знаешь, сколько искал? Без мала всю жизнь. Зато и берегу пуще глаза.
— А щенка можно приобрести? — не отставал Юрка.
— От Пискли тоже мудрено, — ответил Данила. — За год вперед все щенки распроданы. Да и на очереди десяток человек… Так что, как говорится, есть спрос, да не в нем вопрос.
— В городе, сынок, гончую собаку держать нельзя. Чутье потеряет, да и вообще хлопот не оберешься… — объяснил Юрке отец.
Юрка понимающе кивнул головой:
— Жаль.
Данила взял собаку за поводок, и вся компания отправилась в лес. Охотиться решили в кустах, неподалеку от болота, и потихоньку двигаться к дому через делянки и старое косовище. За сараями Данила отошел в сторону и спустил собаку. Пискля ткнулась мордой в снег и полезла в кусты. Мы тем временем не торопясь подошли к опушке. Вдруг за спиной у нас раздался громкий крик Данилы:
— Вот-вот-вот-вот!
Последовала короткая пауза, и к голосу егеря прибавился голосящий лай собаки.
— Пап, что это? — спросил Юрка.
— Егерь нашел след, показал его собаке, и она погнала зайца, — объяснил Юрке отец.
— А нам что делать? — допытывался Юрка.
— Давайте на просеку! На просеку! — долетел до нас голос Данилы. — Все переходы там!
— Какие переходы? — не унимался Юрка.
— Места, по которым звери из одного места в другое идут, — снова объяснил Борис Иванович.
— А зачем они туда идут? — последовал новый вопрос.
— Отстань! — буркнул Борис Иванович и побежал к просеке.
Мы поспешили за ним и стали шагах в пятидесяти друг от друга. Юрка пристроился возле меня. Ему не терпелось увидеть зайца, и он то и дело выглядывал из-за куста. Голос собаки доносился очень отчетливо, хотя не так, как это бывает при морозе, когда каждый звук, раскатываясь по воздуху, способен звенеть, отдаваться эхом сразу в нескольких местах и лететь, лететь без конца за синюю черту горизонта.
— А где же заяц? — услышал я неожиданно за своей спиной голос Юрки.
— Поднялся с лежки и, запутывая следы, уходит от собаки, — объяснил я.
— Почему же мы тут стоим?
— А где, по-твоему, надо?
— Там, где собака, — совершенно точно определил Юрка.
— Там зайца давно уже нет.
— А где же он? — настойчиво выспрашивал Юрка.
— Где же он?.. — машинально вслед за Юркой произнес я.
И тут меня подбросило, словно на пружинах. Заяц пушистым белым комом, как пуля, промелькнул между кустами, перемахнул через просеку и был таков. Я вскинул ружье, но никого уже перед собой не увидел, кроме Юрки.
— Ложись! — не своим голосом крикнул я.
Юрка, как подкошенный, рухнул в снег. Я бросился вслед за беляком, но было уже поздно. Услышав наши голоса, заяц, точно настеганный, улепетывал во все лопатки. Момент был упущен такой, что у меня вся спина покрылась испариной.
— Ну что ты тут вертишься? — закричал я на Юрку. — И что это вообще за дурацкая манера разговаривать на охоте?
— Я же ничего не видел! — поднимаясь на ноги, залепетал Юрка. — Я вас спросил… А он пробежал!
— Чего тут спрашивать? — не унимался я. — На охоте слушать надо и смотреть, а не спрашивать! Прозевали косого!
— Вы смотрели, вы и прозевали. А при чем тут я? — оправдывался Юрка.
— А ты для чего сюда приехал? Ты почему не смотришь? И потом, как ты держишь ружье? — все больше распалялся я.
— Как и вы, за спиной! — бойко ответил Юрка, но тут же снял с плеча свою одностволку и направил ее вслед убежавшему зайцу.
Меня это рассмешило, и я перестал сердиться.
— Ладно, Юрка, — сказал я. — Будем считать, что эта длинноухая бестия сумела нас обмануть. Только давай больше не разговаривать.
— Давайте, — согласился Юрка. Но, очевидно, это было не так просто, и он снова раскрыл рот: — А что мы дальше будем делать? Вот же Пискля прибежала.