Дети не просто привыкли к Диане, они любили её, и доверяли. Эта власть «доброй феи» немного пьянила её. Такой власти не имеют даже родители. Родители – рассекреченные волшебники. Дети находят их подарки раньше, чем наступает день рождения. Дети видят, как папа переодевается в Деда Мороза. Дети верят в чудеса, но чувствуют, что за волшебство отвечают не родители. Родители слишком строги, слишком справедливы… А детская душа разве хочет справедливости? Она хочет сказки.
* * *
Автобус на Одессу был проходящим и опаздывал на два часа. Какой-то ремонт на дорогах. Попросили пассажиров не беспокоиться. Они гуляли по вокзалу. Она купила Максу поп-корн и колу. Потом она прекратит баловать его этой гадостью, но сейчас главное чтобы он не запаниковал…. Нет, главное, чтобы она сама не запаниковала. Диана погладила в кармане новый телефон. На работе она взяла отгул на два дня. Искать её начнут только послезавтра. Родителям Макса она отправила смски, сообщив о проблемах со связью и чтобы они не волновались. Ей всё ещё доверяли! Искать их начнут не раньше вечера. Эта задержка немного усложняет план. Но она опять слышала свое дыхание, оно было полным и счастливым.
Весеннее солнце клонилось к закату. Когда они выехали из Киева, Макс моментально заснул… Она обняла спящего мальчика и смотрела в окно. Сидящий рядом мужчина громко засопел. Она обернулась и посмотрела на престарелого мужчину с длинными седыми волосами, худого и высокого. На голове старомодная шляпа, в руках портфель. У него были добрые глаза. Что ж, избежать людей ей не удастся – они всюду. А с этим попутчиком придется мирится по крайней мере семь часов.
Сосед спросил как её зовут и представился Валентином – голос у него был тихий и успокаивающий. Вытащив из портфеля большую открытую пачку печенья, она протянул ей. Она отказалась.
Макс проснулся и захотел планшет. Она дала ему свой. Пришлось загрузить приложение его любимой детской библиотеки, и он стал рассматривать электронные комиксы.
Они ехали уже около двух часов. Уже вечером они будут в Одессе. Она не стала бронировать квартиру по интернету. Меньше следов в сети означало больше времени на их поиски. Но в телефоне были записаны адреса десяти гостиниц, находящихся недалеко от автостанции. Переночуют одну ночь, и будут искать постоянное жилье, поближе к морю, подальше от людей.
Сначала, наверное, все подумают, что их обоих выкрали или убили. Она начала представлять себе плачущих родителей Макса. Ей было интересно, будут её оплакивать вместе с ним или сразу обвинят в краже ребенка?
В Диму она была когда-то влюблена. Но теперь её чувство к нему можно было скорее назвать сестринской опекой. Он раздражал порой своей инфантильностью, неспособностью решить мелкую бытовую проблему, найти телефон нужного сервиса, справиться с детской истерикой… Что её привлекало в нем тогда, десять лет назад? Юношеская спонтанность. Порывы, с какими он дарил ей небольшие подарки и устраивал сюрпризы? Сейчас бы она сочла такого мужчину как минимум ребенком. А мужчина-ребенок ей не нужен.
Катя ей нравилась больше своей цельностью и мудростью. Правда Диану раздражала порой её неуверенность и почитание патриархата. Какие бы глупости не произносил Дима вслух, Катя прислушивалась к ним как к самой истине. Часто по инициативе Димы они принимали нерациональные решения, и это тоже раздражало Диану. Но она не вмешивалась. Она была феей-наблюдателем. У этих чудиков было мало друзей, и она их любила.
Она достала теплый жилет из наплечной сумки и надела его на Макса. Нельзя дать чувству вины себя остановить. Карты брошены, уже поздно.
* * *
Катя была наглядным доказательством теории Дианы о том, что у женщин в браке появляется какая-то новая грань личности, как будто бы отрастает невидимый хвостик. Именно по этому хвостику можно отличить замужнюю женщину от незамужней. Когда муж или дети врут – хвостик безошибочно реагирует. Муж дарит цветы – хвостик как антенна. Младенец сходил в туалет – хвостик мило виляет. Но было что-то ещё… Неуверенность, стремление быть респектабельной в ущерб собственным желаниям.