– И-и-к, и-к-к, – только и мог произнести ошеломленный кавалер. – Не полезу! я не идиот! я выпимши! Сильно, наверно. Не буду больше, никогда!
Ну и рожа, свет таких не видел, да еще и не одна. Руки его застряли в подоле Комарихи, запутались в длинной юбке.
– Не делайте мне счастья, куманек, – шептала разгоряченная его беспорядочными торопливыми движениями, – а то я сщас помру. Видите, как трясутся мои любовные жилы, – дрожащими руками шарила по животу Кондрата, прижимаясь всем своим жестким, костлявым телом к пышному торсу друга.
– Целуйте, целуйте меня скорее, сделайте мне жарко, чтобы душа вконец упрела, – тянула губы навстречу, закрыв от предстоящего блаженства глаза. Давно забытая услада, подогретая наливкой, сковала тело женское, бросила в омут пылкой страсти. Ее губы наткнулись на влажный чавкающий длинный нос. Лизнув в удивлении, сей странный предмет, открыла глаза. Кондратиха, обеспокоенная непонятным оживлением, подсуетилась и зажгла в этот момент спичку.
С криками домовой! Домовой! – В мгновение ока все собутыльники были на улице.
На крики прибежала Дана, опрометью бросилась в избу. Медвежонок безмятежно спал на лаве, вытянув лапы. С чувством выполненного долга невозмутимая Клава сидела на столе, пытаясь проглотить кусок мяса.
Девушка торопливо спрятала зверя у себя за печкой, прикрыв лохмотьями вместо подушки.
– Никого там нет, вам причудилось, – вышла на улицу. Комариха, враз протрезвевшая, ни за что на свете не пошла в избу, ночевала у друзей.
Дед осторожно зашел, тщательно все осмотрел и не найдя ничего необыкновенного, понемногу успокоился; хотя спал при горящей свечке, все время вскакивая с постели, испугано шаря глазами по избе. Надо же так напиться, и что эта ведьма Тула намешала в наливку.
V
Рано утром Дана увела медвежонка в лес, прихватив с собой лукошко с ягодами. Он жалобно скулил с похмелья, очевидно, болела голова. Медведица уже искала пропажу. Мамаша надавала тумаков и повела к озеру на водопой. Поведение медвежонка было уморительным. Он все время смешно спотыкался, с головой окунаясь в воду, и, к своему глубочайшему удивлению, вынырнул с огромным сомом в дрожащих лапах. Медведица быстро перехватила улов, вытащила на берег и проворно положила рыбину в лукошко вместо ягод, прикрыв листьями папоротника; но Дана категорически отказалась от подарка, как она покажется своим приемным родителям с таким сюрпризом. Назад возвращались с Клавой, которая трещала без умолку, жалуясь на плохое воспитание ее девочки, которая обидела своим отказом добросердечную медведицу. Ужин мог быть шикарным, и не заметила, что медвежонок бежал впереди сбоку, держа в пасти лукошко.
Комариха еще вечером приметила корзинку с ягодами и смекнула, что Тула будет благодарна такому подношению. И когда даров леса не оказалось на месте, сразу бросилась следом за Даной, при том имелась нужда проследить, куда шастает приблуда почти каждый день, за каким таким делом, тем более все нормальные ягоды из лесу несут, а только бестолковые – в лес. Правда, пришлось немного задержаться, вдвоем было бы несколько веселее, но Комар не одобрил жажды супруги срочно прогуляться по лесу, так как усмотрел в этом предложении некую странность, да и ноги отказывались повиноваться после нескольких кружек бражки с Кондратом. Суровая жена в грубой форме предсказала нерадивому вынужденную трезвую жизнь на неделю и подалась вдогонку сама. Супружник, поскребя недурно подбитый глаз, слегка поразмыслив, решил собственнолично сопровождать бабу и тихой сапой, путаясь ногами, подался следом. К беспробудному удовлетворению старика, идти пришлось недолго, жена остановилась, и Комар, присев на корточки, вздремнул под деревом около, упёршись носом в тощие колени.
Дана шла навстречу с пустыми руками, с кем-то неведомым переговариваясь. Женщина с удивлением притаилась поблизости в кустах, исподтишка наблюдая за неожиданной встречей, ибо Лука вышел из-за дерева, и явно заигривая, подошел к девушке, пытаясь поцеловать.
– Что за крики ночью были, всю округу всполошили.
Девушка смущенно и радостно прижалась к парню.
– Да ну их, привиделось с пьяных глаз.
Дана прикрыла глаза, ожидая следующего поцелуя, и совершенно забыла о своей верной вороне.
– Караул! Бандиты! Грабят! Кошмар-р-р! Не успеешь отвернуться, а на твою честь уже посягают!
– Кто здесь? – оглядывается встревоженный ухажер.– Что за бесовские игры!
Комариха вздрогнула от отчаянных воплей непонятного происхождения, но услышала шуршание рядом и заметила вожделенную корзинку.