– Я... Я не понимаю, о чем вы говорите... – пролепетал Квез.
– Разве?.. – чуть приподнял брови Винсент. – А если хорошо подумать?
– Меня всего лишь просили передать письмо, что я и сделал.
– Что было в этом письме?
– Не знаю!..
– Жаль... – я поднялась с места. – Прощай, Квез!
– Госпожа маркиза, Ваше Сиятельство!.. – заторопился Квез. – Вы на меня рассердились? Не надо! Я просто пошутил неудачно!..
– Я должным образом оценила твое чувство юмора, и потому теперь будешь шутить с этим человеком!.. – я кивнула в сторону Винсента. – Правда, тебе его вряд ли удастся развеселить, но тут уж как повезет. Надеюсь, он развлечется от души, хотя пристрастия у него довольно-таки негуманные.
– Ваше Сиятельство, постойте!.. – едва ли не взвыл Квез. – Я знаю, где сейчас находится ваше сапфировое колье!
– Что?.. – остановилась я. – Так его еще не нашли?
– Откуда!.. Его уже давно увезли очень далеко, потому и отыскать не могут... – трясущейся рукой Квез вылил остатки вина из кувшина в стакан, и одним махом выпил его. – Простите, госпожа маркиза, в горле пересохло!
– Где колье? Куда его спрятали?.. – надо было торопиться, пока этого типа не свалил сон: зелье-то проверенное, испытано на несостоявшемся свекре Ярли. – Говори быстро!
– Оно здесь, в этой стране... Если еще здесь...
– Отвечай, где?
– Сейчас, сейчас...
Квез говорил заплетающимся языком, и чтоб расслышать его слова, нам пришлось подойти к нему совсем близко. Впрочем, не прошло и минуты, как этот человек уже спал крепким сном.
– Все... – вздохнул Винсент. – Больше мы от него ничего не добьемся.
– Жаль... – это мягко сказано. Мне с трудом удалось скрыть свое разочарование – отчего-то ранее я была уверена, что колье уже отыскали, и теперь оно находится у тети Фелисии.
– Понимаю... – Винсент повернулся ко мне. – Давай его вещи осмотрим.
Багажа в дорожном мешке Квеза отыскалось совсем немного – смена одежды, еще какая-то мелочь. Я бы не стала во всем этом копаться, но Винсент самым внимательным образом перетряхнул, и достал сложенный лист бумаги.
– Что там написано?
– А этот парень вовсе не так прост, как может показаться... – Винсент пробежал глазами текст. – Судя по всему, он еще в дороге скопировал письмо, с которым его отправили сюда – то ли позже намеревался кого-то шантажировать, то ли просто собирался продать эту бумагу. Это он зря – в таких делах надо быть очень осторожным, а не то в два счета без головы можно остаться. Что ж, больше ничего интересного здесь нет, твой кошелек с десятком золотых монет я забрал. Собираем в мешок его пожитки – и пошли.
Когда мы спускались вниз по лестнице, таща с собой безвольное тело Квеза, на нас никто не обратил ни малейшего внимания – подумаешь, кто-то тащит с собой вдребезги пьяного человека! Да тут подобные сцены случаются по полсотни за день, если не больше! Тут моряки свои деньги просаживают, заработанные после долгих странствий, так что в здешних местах можно увидеть еще и не такое!
Немного отойдя от «Веселой устрицы», Винсент закинул себе на плечо спящего Квеза, и направился к пирсу, а я шла рядом. Сейчас Винсент изображал из себя вербовщика матросов: как мне сказали, тут подобное происходило не так и редко – человека спаивали и продавали матросом на корабль. Несчастный приходил в себя уже в море, где деться ему было некуда, и бедолаге поневоле приходилось осваивать морское дело...
Винсент отправился едва ли не на самый край пирса, где стояли под погрузкой небольшие суда. Теперь оставалось только предлагать капитану приобрести себе нового члена экипажа.
– Чего он умеет делать?.. – на ломаном языке спросил темнокожий человек, брезгливо глядя на Квеза.
– Ничего!.. – честно ответил Винсент. – Но быстро учится.
– Дохлый какой-то...
– Вот пусть у вас мускулы наращивает.
– Сколько за эту дохлятину попросишь? Говори поскорей, а не то мы вот-вот отходим. Отлив...
– Дохлятина – она и есть дохлятина. Считай, за так отдам, со всеми его немногочисленными пожитками. Потом рассчитаемся, когда снова в этот порт придешь.
– Да мы сюда почти никогда не ходим. Я впервые за несколько лет здесь появился, и неизвестно, когда снова буду.
– Меня это устраивает.
– Тогда по рукам!.. – мужчина повернулся, и кому-то крикнул. – Забирайте этого парня, и мешок с его вещами прихватите – там все его барахло...
Уже через несколько минут судно отошло от причала, и, глядя на след за кормой, я понимала, что иначе поступить мы не могли. Брать с собой Квеза – значит подвергать свою жизнь постоянной опасности – это не тот человек, на которого можно положиться. Понятно, что в сложной ситуации он без раздумий предаст и продаст любого из нас. Оставить его здесь тоже не стоит – вряд ли он долго проживет, а никакого корабля в наши края не предвидится, об этом мы уже узнали... Что ж, парень, ты сам во всем виноват – нечего было идти на поводу у Тирлы. Знал ведь, что дело нечисто, но решил сыграть в свою игру, но проиграл.