– А чего такого?.. – пробурчал мужчина. – Мне постоялый двор надо восстанавливать, а денег совсем нет, одни долги!.. От этих рогатых ни монетки не дождешься, они с собой еще и мое последнее добро могут уволочь – с них станется! А вы не обеднеете, если мне деньжонок подкинете – все одно вас туреги поймают, все отберут... А я бы за ваши души потом не раз в храме помолился...
– Не стоит утруждаться, мы уж как-нибудь сами... – Дорен ловко воткнул кляп в рот мужчины и повернулся к нам. – Ну, как дела?
– Все в порядке, нашли. Уходим.
– Давно пора...
Надо сказать, что пока мы шли до выхода из здания, то встретили с десяток турегов, которые сидели у стены, или же лежали на полу в невменяемом состоянии. Некоторые что-то бормотали или хихикали, разговаривая сами с собой, и до чужаков никому из них не было дела, вернее, они даже не замечали нас, когда мы шли мимо них. А вот те туреги, что находились во дворе, вели себя несколько иначе – бесцельно бродили по двору, сидели на земле, глядя в одну точку, или же что-то бормотали себе под нос... Видимо, на воздухе дым от сосновой смолы действовал чуть иначе, чем в помещении. С головы многих турегов слетели их высокие шапки, и потому наблюдать за бродящими по двору рогатыми созданиями было несколько жутковато. Если же учесть, что в темноте глаза этих жителей пустыни чуть отливали красным светом, то у каждого из нас в глубине души появилось желание кинуться отсюда прочь, и мчаться едва ли не со всех ног. Тем не менее, мы все же чуть задержались, чтоб подбросить поленьев в затухающие костры, а заодно отправить туда же и остатки смолы. Очень надеюсь, что еще какое-то время турегам будет не до нас.
– Что, идем к порту?.. – спросила я, когда мы отошли от «Отрады странников».
– К нему, родному... – оглянулся Винсент. – Не забывайте, что утром уходит наш корабль, так что нам надо поторапливаться, а не то останемся здесь надолго, если не навсегда. Только вот идти придется долго, и через весь город, пусть даже ночной порой... Как бы нам на стражников не нарваться.
– Я могу вас провести обходными путями... – предложила Ярли. – Только это вдвое длиннее...
– Так мы особо и не торопимся, время от отхода корабля у нас пока что есть. Главное – уйти отсюда поскорей, ведь неизвестно, что будет дальше.
Дальше был бесконечно долгий путь по каким-то закоулкам. Как я позже поняла, Ярли привела нас к окраине города, вернее, к той дороге, которая шла к морю. Идти приходилось медленно, потому как ночь сегодня стояла темная, и кое-где было не видно дороги. Первое время мы прислушивались, не слышна ли сзади погоня, но все было тихо. Тем не менее, на одну лишь удачу полагаться не стоило, тем более что нюх у турегов, как утверждают, просто замечательный, и они легко берут любой след. Не страшно: как сказал Винсент, мы тоже не лыком шиты, знаем, как сбить со следа преследователей, пусть они хоть того лучше нюхают землю. Как раз для того, чтоб сбить со следа возможную погоню, мы время от времени посыпали дорогу позади нас смесью из молотого жгучего перца и соли – по словам Винсента, такая мешанина хорошо закладывает нос любому существу, на какое-то время полностью лишая его обоняния. Откуда у нас взялся перец с солью? Дорен с Ярли купили, когда живицу искали по лавкам аптекарей – Винсент еще тогда предполагал, что нам придется таким образом уходить от преследования. Я же, в свою очередь, когда мы с Ярли еще только смешивали у себя в комнате соль с перцем, вовсю чихала и думала о том, что уж очень много у нас получилось этой ядреной смеси. Дескать, куда ее столько? Вон, у нас получился целый увесистый мешочек, от запаха которого свербело в носу даже у нас. Сейчас мне кажется, что не помешало бы сделать и побольше этого жгучего состава. Зачем? А на всякий случай.
Рассвет мы встретили на небольшой дороге, ведущей из бедного предместья в порт. Этой дорогой, как правило, обычно пользовались ремесленники, портовые рабочие или здешняя беднота, насчитывающая заработать в порту несколько медяков. На нас никто особо не обращал внимания – мало ли кто здесь ходит, всех не упомнишь, да и дорога была оживленной даже в столь ранний час – сказывалось близкое присутствие порта, который почти никогда не спит.
– Успеваем?.. – спросила я. Как же хотелось оказаться на борту корабля, в полной безопасности, оставив здесь всех врагов и неприятелей. Там, в каюте, я как следует рассмотрю свое вновь обретенное колье, а потом буду долго-долго спать, приходя в себя от всего произошедшего, и дожидаясь прибытия на родину.