– Ну, если вам это интересно...
– Каюсь, интересно! Я, как все женщины, любопытна, и просто хочется знать немного больше о тех, с кем довелось встретиться едва ли не на краю света!
– Насчет края света – это полный перебор... – хмыкнул Вин. – До него еще идти и идти! Мы же в данный момент находимся в чужой стране и в полном захолустье, а это несколько иное местоположение... Лучше поговорим о нас, только, Лиз, учти, ты нам тоже должна будешь рассказать о себе!
По словам Винсента, его отец, почтенный граф Меривел, овдовел, когда его возраст приближался к сорока годам. Пусть он не был красавцем в прямом смысле этого слова, но зато служил в армии, имел хорошую репутацию, спокойный характер, и мечтал о большой и крепкой семье, куда можно будет вернуться после окончания службы в армии. Конечно, у графа уже имелся сын и наследник, но неплохо бы заиметь еще детей. Понимая, что ему вновь следует жениться, граф выбрал себе ровню – молодую женщину из знатной семьи, у которой не было почти никакого приданого, кроме знатного происхождения.
К сожалению, брак не задался с самого начала, потому как свежеиспеченная графиня была давно и безнадежно влюблена в другого человека, и свадьба с графом ей была никак не нужна – молодую женщину просто заставили смириться с выбором семьи, тем более что предмет ее воздыхания был женат. К тому же граф оказался далеко не так богат, как рассчитывала новобрачная, что, естественно, ее совсем не радовало. Свое раздражение и недовольство жизнью молодая женщина выплескивала на мужа, и тот, что вполне естественно, стал искать любви и внимания на стороне, вернее, у своей кухарки, привлекательной особы с весьма боевым характером. Справедливости ради следует заметить, что эта женщина нравилась ему куда больше законной супруги. Такие хождения на сторону закончились тем, что в один далеко не прекрасный момент в интересном положении оказались как жена, так и кухарка. Графиня была неглупа, да и, живя в одном доме, трудно что-то скрыть, и потому правда очень быстро вышла наружу, тем более что молодая графиня догадывалась, от кого кухарка нагуляла ребенка. Понятно, что семейные узы, которые и без того были непрочными, стали трещать по всем швам. Страшно даже представить, какие громы и молнии ежедневно обрушивались на голову бедняги графа, у которого отныне имелось только одно желание – прервать свой долгий отпуск и вновь отправиться в полк.
Скандалы в семье продолжались едва ли не до родов, и грозили перейти в постоянную и непрекращающуюся войну, в которой молодая графиня находила себе хоть какую-то отдушину от происходящего. Незадолго до того срока, когда обоим надо было рожать, графиня, находясь в отвратительном расположении духа, оскорбила кухарку (надо сказать, далеко не теми словами, которые положено знать даме ее происхождения и воспитания), да еще и швырнула в соперницу чем-то тяжелым. Кухарка (которая и сама в тот день чувствовала себя хуже некуда) терпеть не стала, забыла о почтении к хозяйке, и ответила адекватно. Дело кончилось тем, что дамы едва не передрались между собой, хотя успели вцепиться друг другу в волосы, что, разумеется, переходит все допустимые нормы приличия. Излишне упоминать о том, что обе женщины, не придя в себя после эмоциональной схватки, родили в тот же день, причем у каждой появился сын.
Неизвестно, чем бы все закончилось, но не прошло и нескольких дней после родов, как молодая графиня получила известие – тот человек, которого она давно и преданно любит, внезапно овдовел. Этой новости вполне хватило для того, чтоб дама без разговоров покинула дом мужа, оставив ему новорожденного ребенка и письмо с требованием о разводе.
Надо сказать, что основным чувством, которое испытал граф при этом известии, было невероятное облегчение и пьянящее чувство свободы. Предоставив стряпчим решать все вопросы, касаемые его развода с супругой, граф отбыл в полк с намерением отныне никогда не связывать себя узами брака. Что же касается новорожденного сына, то его забрала себе кухарка, мать второго сына, чему граф был несказанно рад, потому как оказался без единой монеты за душой – жена увезла с собой все деньги, которые имелись в доме, да вдобавок перед отъездом успела наделать долгов. Если принять во внимание, что еще нужно платить за развод и прочее, то бедняге графу было сложно выделить деньги даже на кормилицу для ребенка, а ведь у него родился и еще один сын. Оттого-то слова кухарки о том, что малыша она сама выкормит, потому как молока у нее хватит на двоих, были восприняты графом едва ли не как спасение из более чем непростой ситуации.