Юнг постарел так, как будто жил раз в десять, двадцать, сотню быстрее, чем остальные люди. Как будто каждый его час был днём, а день месяцем.
Впервые со школьных времён Лава кипела, точно вулкан. Юнг пропал! Если он так быстро стареет, то может пусть не прям скоро, но умереть. И чем дольше будет искать его Лава, тем меньше вероятность, что застанет его живым и полным сил.
А Лава хочет его искать?
Это кажется страшным и практически невозможным. Но надо попробовать. Сначала он нашёл её, теперь она найдёт его.
Светлый циан. Найди меня, если сможешь
В эти выходные в кластере было пустовато: посетителей почти нет, бо́льшая часть сотрудников на выходных. Но Лаве это только играло на руку. Надо успеть сделать всё, что необходимо, до новогодних праздников.
— …То есть тебе нужно несколько портретов одного человека? Типа по хронологии?
Художница Кассандра отвечала за оформление постов, сайта и буклетов и могла при помощи дорогого графпланшета, своих ловких рук и лично программируемые нейросети создать с нуля практические любое человеческое лицо, будь то знаменитость, простой человек или же личность, которая никогда и не существовала. Словом, всячески способствовала экономии на живых людях в рекламе.
Лаве было сложно описывать в подробностях черты лица. Но она помнила цвета. Каждый цвет Юнга.
— Главное — синий Клейна. На нём всегда были вещи цвета синего Клейна. Черты лица не так важны, он ни с кем не останавливался заговаривать.
Кассандра задумчиво кусала кончик стилуса.
— Синий Клейна? Не особо популярный оттенок. Такое проще на заказ шить или красить.
Лава коснулась шарфа, подаренного Дорой.
— Может, он и заказывал. Шарф, шапку, помпон…
С Кассандрой пришлось повозиться, но в итоге Лава получила несколько изображений, которые она, оглядываясь по сторонам, запустила по рабочим поисковым сетям.
Вылезло несколько совпадений, но все они оказались явно мимо. Лава уже начала впадать в отчаяние, но тут зацепилась за ссылку, которая вела на видео с одного из научных стендапов. Нейросеть обнаружила сходство между молодым человеком на арте и неким аспирантом Романом, который рассказывал про… перемещения во времени.
Подробнее ознакомиться не удалось: куратор вошла в коворкинг, где находились сотрудники.
Это было мизером, но для Лавы добытые ею арты аж от самой Кассандры и наводка на аспиранта Романа казались настоящей победой. Однако дальше открытые нейросети помочь не могли: нельзя просто так взять и выдернуть личные данные человека при таких малых вводных.
У Лавы оставалось два дня перед своими выходными — возможно, последней возможностью найти Юнга. Вечного студента Романа по прозвищу Юнг, который носит шарф цвета синего Клейна. Точнее, уже не носит…
— Что это с тобой в последнее время? — наехала вечером на Лаву мать, когда они всей семьёй из пяти человек ужинали на кухне. — С нами не разговариваешь, сидишь как сыч у себя, ещё и шарф этот дурацкий не снимаешь! Что, с работы уволили, а нам не сказала?
— Шарф не дурацкий, мама, — негромко ответила Лава. — И с работой всё нормально. Я хорошо справляюсь со своими обязанностями.
— Ну и какие у тебя тогда проблемы? — не унималась мать.
Лава не выдержала и сказала более резко, чем обычно:
— Никаких. Я очень стараюсь, чтобы у вас со мной не было никаких проблем.
Матери это почему-то не понравилось.
— А ну не огрызайся! Ты всё-таки в моём доме!
Бабушка неожиданно усмехнулась:
— Влюбилась, наверное!
— Я не влюбилась, — совсем тихо сказала Лава.
— Он наверняка послал её куда подальше, — то ли в тему, то ли невпопад прокомментировала младшая сестра-школьница Атка, сосредоточено глядя в тарелку.
Отец, как всегда, ничего не сказал, потому что смотрел в мерцающий экран смартфона.
Разговор с семьёй наполнил Лаву неприятными чувствами. Она снова почувствовала себя той беззащитной, бездарной, слабой девчонкой, над которой глумится класс.
Класс… В классе была одна пробивная выскочка — Тамара. Снискала популярность среди девчонок тем, что своровала у матери-следака файл-доступ к системе, позволяющей выводить данные о человеке: ФИО, место прописки, данные о родственниках, долги, аккаунты в соцсетях и многое другое. Девчонки пробивали контакты своих парней, и не одна после этого бросила очередного сторонника легализации мужской полигамии.
До Лавы через Дору докатились слухи, что Тамара продолжает заниматься этим довольно прибыльным делом.