- Где мой сын?! – взвыла обезумевшая Доброгнева.
- Мы… наскочили на… земеличей… Вячко бился… потом…
- Где он?! – воскликнул Ждан, перевязывая парня.
- Не трать на меня… мы схватились с волками и остались на ночь в стане недрёмов… а утром ставили ловушки… а потом пытались… задержать Иртыка… а он убил всех… Вячко пошёл в брошенный стан за помощью…
Парень умер на полуслове. Ждан с матерью друга оставили его и поспешили в заброшенный стан князя Богдана. Одну за другой они бегло осматривали пещеры, пока не оказались в тронном зале. В самом его центре на полу лежал Вячко, а над ним склонилась тёмная тень. Мать кинулась к сыну. Тень вдруг распрямилась и выскочила перед лежащим парнем, преградив им путь с топором и кинжалом.
- Герда?! Дочка, ты меня напугала! Что ты здесь делаешь? Что с моим сыном?! – Доброгнева наконец наклонилась к Вячко.
- Я не смогла его поднять, поэтому перевязала прямо на полу. Он потерял много крови, целое озеро из него вытекло! – всхлипнула Герда.
- Ты как тут оказалась, пигалица? Вольга сказал, что ты с княжной и Девятко в доме покойной травницы недрёмов!
- Они там. А я… я просто почувствовала, что должна прийти сюда – места себе не находила с самого рассвета. Прибежала в стан из западёнки, а он почти не дышит, - и Герда, упав на колени возле парня, зарыдала в голос.
Доброгнева кивнула Ждану на сына, и они вдвоём подняли его и перенесли на широкую скамью, на которую Герда бросила свой плащ. Старуха с ужасом покосилась на лужу крови на полу под парнем. Девушка прекратила плакать и подошла к ним, всхлипывая.
- Я промыла рану водой из родника Голубы, - сказала она им.
- Правда?! – воскликнула Доброгнева, - тогда у него есть надежда! И у нас!
- Столько крови! я даже на сече такого не видел, - прошептал Ждан.
- Ты не смотри. Лучше позаботься о нашей безопасности. Да, и ещё нам нужны еда и дрова. Его нельзя тревожить, мы поживём пока здесь, пока он не очнётся и не сможет ехать верхом или идти. Пойди, поохоться, - отправила Доброгнева парня, - позаботься о нас, пока мы будем заботиться о нём.
Ждан кивнул, подхватил лук и вышел. Доброгнева повернулась к Герде.
- Ну, а ты, душа моя, давай, рассказывай.
- Что рассказывать, матушка? – осипнув от страха, переспросила Герда.
- Рассказывай, как давно ты бегаешь за моим сыном, чего тебе от него нужно? Да, и кто ты такая, откуда, кто твои родители – всё рассказывай.
- Вы же и так всё про меня знаете, матушка. Это же вы меня выбрали на службу к княжне. Я из снежичей, сирота из рода королевы Ингред, матери Свана Синеокого. Моя мама осталась в долине после извержения, отстала от наших. Здесь вышла за добара, и стала, как все, долинич. Потом родилась я. Вот и всё.
- Любишь моего Вячко?
- Люблю. Давно люблю. Когда вижу, про всё забываю!
- Ну, и ладно. Давай-ка, пока он спит, приберём тут, приготовим ложе себе и Ждану. Дежурить будем по очереди. Я устала, пока добралась сюда, но ты устала больше – нам Вольга всё рассказал о том, как ты два дня шла за своей княжной. Так что ты сейчас отдохнёшь, а потом сменишь меня. Мы ведь его выходим, дочка?
- Конечно! Обязательно выходим, матушка! – и Герда поцеловала ей руки…
Они всё же выпустили друг друга из объятий и встали. Опасно было оставаться такими беспечными и разнеженными в разгар войны.
- Герда ушла, - сказал Девятко, оглядевшись.
- Наверно побежала к твоему брату.
- К Вячко?!
- Она любит его до безумия, глупая девчонка! – улыбнулась Звенислава.
- Как ты меня? – спросил Девятко и уставился ей в лицо, ожидая ответа.
- Никто никого так не полюбит, как я тебя, охотник Девятко.
- Княжна! Любимая моя!
Он обнял её и поцеловал, и тут же оттолкнул, задвинув за спину и выхватив меч. В дверь, оставленную Гердой незапертой, вошли дружинники, посланные Вольгой в ночь за княжной и Девятко. Он вздохнул и убрал меч в ножны…
Звенислава, которую привезли в Стоян и сдали на руки матери, наконец умылась и переоделась, и посмотрела в зеркало. Но в зеркале увидела не себя, а его. Увидела их полное огненной страсти и задыхающейся нежности утро на кровати Голубы в объятиях друг друга, увидела их счастье – только рядом друг с другом, и увидела уже не княжну, а княгиню, женщину, готовую на всё ради своего любимого, даже на войну со своим народом, их войну друг за друга…