- А для Забавы что самое главное?
Мать улыбнулась и потрепала сына по голове.
- То же самое, сын. Только сначала ей надо найти отца своим будущим детям, и наш князь – лучший выбор. Иди, поиграй со всеми, повеселись.
Мальчик убежал, а Доброгнева ещё следила глазами за дочерью, водившую теперь за собой князя в большом хороводе.
Ратмир увлёк свою добарочку в сторону от игрищ, под сосны бора.
- Эй, пусти! Куда ты меня тащишь! Меня выбрали для князя!
- А я выбрал тебя для себя! Князь перебьётся! Мне такая жена нужнее!
- Так сразу и жена! Да кто ты таков, что так нагл?!
- А обязательно должен быть кем-то, чтоб тебе понравиться? – и он захватил её в кольцо рук, насмешливо улыбаясь.
Она взглянула на нахала и вдруг вздрогнула и замерла. Короткие тёмно-русые волны волос, могучие плечи, тигриные, чуть прищуренные в усмешке зелёные глаза, белые, не испорченные временем зубы под алыми губами.
Он притянул её к себе и поцеловал, не дожидаясь ночи. Ну, и получил, конечно, она как тигрица взвилась, хлопнув его когтистой лапкой по щеке и вырвавшись, но он возликовал при мысли, что не сразу. Несколько мгновений она полностью растворилась в его объятиях, и поэтому Ратмир расплылся в довольной ухмылке. Она грозно свела брови на переносице.
- Голову бы тебе отсечь вместе с твоей улыбочкой!
Он расхохотался во всё горло.
- Костёр! Костёр! Запалим костёр во славу Купалы! – раздалось с пристани.
Он схватил её за руку и потащил обратно к игрищам.
- Пусти! Я князева невеста!
- Не пущу! Через костёр со мной прыгать будешь, а не с князем! Идём.
Они выбежали на поляну. Она было выдернула руку, но он снова её схватил. Смеркалось. Народ собрался вокруг костра, а на волнах моря уже колыхались венки с горящими лучинами. Кострище только запалили, и оно должно было немного прогореть, прежде чем через него прыгать, а пока все встали вокруг него и пели песнь во славу Купалы, песнь о несчастной любви. Потом снова завели хоровод. Наконец вышли волхвы, благословили молодых на прыжки и удалились от блуда…
Последним должен был прыгнуть князь.
Или не прыгнуть. Выбор по-прежнему оставался за ним, и время ещё было, папоротник ведь ещё не зацвёл, полночь ещё не наступила! Мечислав исподлобья посмотрел на Забаву, дочь Путиславовну, кашеварочку. Юная, здоровая, ладная. Не бог весть какая красавица, но гибкая, ловкая, смешливая. Настоящая добарочка, так и светится вся изнутри! Но он не почувствовал, что умрёт, если не заполучит её, а именно это он всегда чувствовал в своём отце, когда его мать, Светлана, оказывалась рядом с ним. И он хотел себе такую жену, чтобы не дарила покой, а будила огонь! Но он князь и должен дать стране наследника, надежду на продолжение рода Добаров! И Забава вполне для этого подходит, к тому, же как ему сказали, её мать родила десятерых сыновей и три дочери, так что и дочь должна была уродиться плодовитой. И он, вздохнув, взял её за руку и повёл к костру…
Малуша вышла из пещеры «послушать лес». Она редко теперь это делала, иногда месяцами не выходя из пещеры. Но сегодня сердце стонало тоской. И она поняла, что это опять теснятся в очереди духи предков, желая поговорить с ней. И она не стала противиться. Тем более, за годы, проведённые в Синем лесу, она поняла, что ничего, кроме невыносимой головной боли это не принесёт. Голоса предков всё равно зазвенят в её голове, наставляя и предупреждая.
В лесу было тревожно. Слишком тихо, словно все притаились. Она прошла до родовой сосны и прислонилась к ней. И тут же явственно поняла, что время настало. Всё, о чём говорилось в предсказании, свершается прямо сейчас! И она поняла, что время позвало и её исполнить предначертанное. Великая Макошь уже сплела нити судеб детей, она лишь поможет судьбе свершится. И она, вернувшись в пещеру, быстро и тайно собралась в путь. Выйдя с заплечной сумой, облачённая в охотничий костюм недрёмок, она предупредила охрану, что уходит за травами.
Те переглянулись. Безумная Малуша собралась за травами, да ещё к вечеру, да ещё перед ночью Купалы! Ох, не к добру это! Заслони нас Древо от всякой напасти! Но её пропустили, зная уж по опыту, что всё равно не удержат.