Девятко вывел из-за кустов вторую лошадь и вскочил в седло.
- Прощай, князь! – воскликнула девушка, трогаясь в путь.
- Что?! Вы бросите меня ночью в лесу, когда за нами мчатся железные люди?! Ну, я вам это припомню!
- Лучше запомни, что мы прыгнули с тобой через костёр в ночь Купалы, добар! И тому было сотни свидетелей! – и она поскакала прочь.
- Это не железичи вас преследуют, господин, а добары. Я должен беречь княжну, а то князь Богдан удавит меня, как котёнка, - и оруженосец тоже ускакал.
Князь остался совсем один, поражённый нахлынувшими мыслями, но додумать их ему не дали – на поляну въехал отряд добаров, ищущих своего князя…
Прошло три недели. Добары не поклонились больше железным людям. Они вышибли их с побережья, постепенно тесня и из долины в предгорье.
А вскоре на расчищенную от трупов пристань наконец-то причалили долгожданные ладьи снежичей, и Светлана Однорукая вновь ступила на землю добаров. Люди собрались на встречу княгини как на праздник. Она и сама чувствовала радость и трепет необыкновенные.
- А где же король снежичей? – пронеслось по толпе.
- Мой супруг прибудет позже. Со всей армией. Пока я привезла оружие и лучшую дружину северян – личную охрану князя Мечислава и короля Свана. Мы готовы оказать вам помощь в войне с захватчиками, - сказала она на всю пристань.
Люди ликовали. Волхвы возносили благодарности небу.
Слово княгини было на вес золота, а она подтвердила союз Снежичей и Добаров. И теперь им нужен был ещё один союз – брачный, но князь Мечислав, вернувшись в долину наутро после ночи Купалы, как воды в рот набрал и ни словом не обмолвился о том, кто его избранница, а они тогда в темноте да в пылу боя не разглядели, кто была та девушка, что вызволила их князя, прыгнув с ним на лошади через огонь. Благослав с Родиславом знали, конечно, но князь пока молчал, и они молчали. Однако Забаву с семьёй пригласили пожить в Добаре, где развернулись строительные работы: решено было заново возводить Резной Дворец.
Светлана, узнав, на кого пал выбор её сына, прослезилась, а, обнявшись с Доброгневой, плакала не переставая, вспоминая молодость и всё прожитое.
Но Мечислав и Забава, встречаясь взглядами, молча отводили глаза…
Глава 3. Крепость Имархан
Глава 3. Крепость Имархан
Хоть горько, тошно, а жить можно.
- Где ты была, родная? – спросил Богдан, углядев в косе у вернувшейся в стан жены утиные перья, - ты выходила? Почему одна?
Она молча ему улыбнулась и прижалась к плечу. Потом прошла в свою часть пещеры. Он вздохнул. Иногда её молчание угнетало. Малуша почти не говорила, обходясь улыбками и жестами. Богдан вздохнул. Не такую бы жену надо князю недрёмов, ну да тут уж ничего не поделаешь – сам взял, сам и живи с этим.
Он несколько дней сходил с ума от беспокойства за жену, и вот она пришла, но это не принесло ему облегчения. Он никогда не мог понять её, не мог открыться ей. Он вдруг задумался, что их вообще объединяло в браке: жалость, дети, долг? И в который раз тайно вздохнул о том, что не сбылось, и о той, что ему не досталась…
Светлана встала у окна светлицы и оглядела умытую утренней росой Долину Добаров. Лепота! Ровные полоски возделанных полей, кружево резных городищ, зелень лесов и дубрав, голубые жилы рек и ручьёв – и всё как на ладони.
- Только бы передать всё это в том виде, как при батюшке, без разорителей с их данями и поборами! – тихо пробормотала Светлана Однорукая.
- Говоришь с небом? – спросил сын с порога.
- Дорогой! – она обернулась и протянула руки.
Сын подошёл и обнял мать.
- Здравствуй, матушка! Как устроилась? Всё ли хорошо? Тебе уютно?
- Всё хорошо, сын. Я на родине, дома, мне и на камнях уютно будет, а ты мне такие палаты подготовил. Как идёт стройка?
- С полным размахом. Через год-другой новый Дворец встанет лучше прежнего над берегом реки.
- Хорошо бы. Но ты ведь не будешь ждать окончания строительства, чтобы сыграть свадьбу? – спросила Светлана и тревожно вгляделась в лицо сына.
Мечислав помрачнел.
- Сынок, тебе не нравится Забава?
- Она замечательная девушка, мама. Красивая. Умная. Преданная.
- Тогда почему мы никак не услышим оглашения даты свадьбы?