- Одна лошадь на троих? Нас догонят и убьют! – воскликнула Мирослава.
- Да хоть бы! – надменно ответила Железенка, - а лошадь для княжича недрёмов – он был сильно ранен и потерял много крови. Он сам не дойдёт до реки.
Они переглянулись.
Река была главной границей между землями недрёмов и добаров и крепостями железных людей. Огромное плато обрывалось ровной тонкой линией, словно его мечом отсекли, и воды реки падали вниз водопадами с большой высоты.
Спуститься вниз можно было по опасным узким тропам, а с лошадьми приходилось объезжать до перевала. Зато там был рядом Синий лес.
- Не тратьте время! Сейчас смена караула! Бегите! Бегите!
- Брат, скачи до леса! Мы с князем пойдём вдоль реки!
- Нет! Сестра, ты едешь со мной!
- Эта кляча не выдержит двоих! Не трать время, Ратмир!
- Она права, Ратмир! Это наш единственный шанс, если они спустят волков! Разделимся! Я позабочусь о твоей сестре!
И Мечислав, схватив Мирославу за руку, побежал вниз по склону – к реке, которая брала своё начало здесь, в горах, и была узка, холодна и бурлива.
- Едем со мной, Златоцвета! – воскликнул Ратмир, дождавшись, пока они отдалятся на значительное расстояние.
- Узнал?!
- Я узнал бы тебя из тысячи! Едем!
- Нет! Я не смогла подготовить побег! И я не пойду против отца! Беги!
- Я не оставлю тебя!
- Тогда я оставлю! – и она хлестнула лошадь хлыстом, - живи, любимый!
Лошадь взвилась и понеслась к лесу по каменистой долине, оглашая её стуком копыт и будя стражников. Златоцвета вернулась в крепость и прокралась к себе, уже слыша, как бьют тревогу и снаряжают погоню…
Мечислав с Мирославой добежали до вершины холма и оглянулись. И за ними, и за удаляющимся в другую сторону Ратмиром снарядили погоню. Всадники с волками на цепях выехали из крепости. Но перед ними уже была воля! И они повернулись и побежали вниз, к реке, у которой заметили брёвна. Вытолкнув их на середину реки, они поплыли в холодной воде, держась за них. Из воды они вознесли благодарность Древу и Небу.
Крепость Имархан осталась позади…
Глава 3. Крепость Имархан
Хоть горько, тошно, а жить можно.
- Где ты была, родная? – спросил Богдан, углядев в косе у вернувшейся в стан жены утиные перья, - ты выходила? Почему одна?
Она молча ему улыбнулась и прижалась к плечу. Потом прошла в свою часть пещеры. Он вздохнул. Иногда её молчание угнетало. Малуша почти не говорила, обходясь улыбками и жестами. Богдан вздохнул. Не такую бы жену надо князю недрёмов, ну да тут уж ничего не поделаешь – сам взял, сам и живи с этим.
Он несколько дней сходил с ума от беспокойства за жену, и вот она пришла, но это не принесло ему облегчения. Он никогда не мог понять её, не мог открыться ей. Он вдруг задумался, что их вообще объединяло в браке: жалость, дети, долг? И в который раз тайно вздохнул о том, что не сбылось, и о той, что ему не досталась…
Светлана встала у окна светлицы и оглядела умытую утренней росой Долину Добаров. Лепота! Ровные полоски возделанных полей, кружево резных городищ, зелень лесов и дубрав, голубые жилы рек и ручьёв – и всё как на ладони.
- Только бы передать всё это в том виде, как при батюшке, без разорителей с их данями и поборами! – тихо пробормотала Светлана Однорукая.
- Говоришь с небом? – спросил сын с порога.
- Дорогой! – она обернулась и протянула руки.
Сын подошёл и обнял мать.
- Здравствуй, матушка! Как устроилась? Всё ли хорошо? Тебе уютно?
- Всё хорошо, сын. Я на родине, дома, мне и на камнях уютно будет, а ты мне такие палаты подготовил. Как идёт стройка?
- С полным размахом. Через год-другой новый Дворец встанет лучше прежнего над берегом реки.
- Хорошо бы. Но ты ведь не будешь ждать окончания строительства, чтобы сыграть свадьбу? – спросила Светлана и тревожно вгляделась в лицо сына.
Мечислав помрачнел.
- Сынок, тебе не нравится Забава?
- Она замечательная девушка, мама. Красивая. Умная. Преданная.
- Тогда почему мы никак не услышим оглашения даты свадьбы?
- Ты знаешь, почему. Мы с ней так и не прыгнули через костёр.