Вече отшумело и затихло. Народ разошёлся спать, с нестерпимой зевотой обсуждая слово своей белой лебёдушки, что она сама себе выберет мужа. Надо же! Девица, а говорит, как воин! Княжна, а ведёт себя, как князь! Лебёдушка с рогами…
В городском срубе дружины не спали. Воины собрали своё Вече, большой воинский совет, на котором тоже обсуждали слова княжны, но не о браке, а о войне.
- Девчонка права, - начал Вячко, - эти горные волки знают о нас всё. Этот пленный был один среди тридцати воинов и совсем не боялся, мерзавец!
- Ты должен был привезти его сюда, - сурово заметил воевода.
Дружинники притихли. Ратибор носил имя одного из воевод при Светлане Однорукой и был таким же опытным воином, умным и бесстрашным.
- А кстати, как мы воюем? – продолжил он, обведя взглядом воинов.
- Ну, храбро! Не отступаем, пока не падаем!
- Вот именно! На открытом поле с открытым лицом.
- Точно! Мы ничего не прячем за спиной, а я лишился глаза из-за подлости железича, нанёсшего удар из-за спины!
- Мы сразу показываем им всё, чем обладаем из воинской мощи. И они ничего уже не ждут, а лишь просчитывают нас и побеждают, - заключил Ратибор, - а теперь скажите мне, как мы их раздавим и вышвырнем со своей земли?
Парни и мужи переглянулись с хищными улыбками. Вот оно, дело!
- Бить со всех сторон! Спереди, со спины, сверху!
- Делить нашу силу. Прятать часть войска и обрушивать на них, когда они захотят вздохнуть от облегчения!
- Мы всегда молчали. Теперь можем поражать их кличем! Придумать боевой клич, от которого они будут цепенеть, как мы годами цепенели от звука их рога!
- Не выходить к ним, а выманивать их туда, куда сами хотим, где нам будет удобнее биться. Использовать силу нашей земли, а также гор, леса, ручьёв и болот!
Дружинники до утра обсуждали новые способы ведения войны.
- Ай, молодцы! А ведь на всё это вас натолкнула сопливая девчонка! Если у вас такие головы, то какая же голова у нашей княжны? Как там, говорите её назвал железич? Белоснежная красавица-козочка? – и Ратибор захохотал, - ей-ей! Нашей лебёдушке и нужно было в такие тяжёлые времена отрастить рога горной козы! И мы, мужики, тоже должны упереться и не уступать. Верно? – и все ему кивнули…
Глава 3. Страх в сердце
Глава 3. Страх в сердце
У парня догадка, у девки смысл.
Звенислава села верхом на Ветра и проехалась по городу. В Стояне во всю развернулись работы по укреплению города. Ставились новые частоколы, латались обвалы в стенах, навешивались засовы, обшивались заново досками и железом бойницы, ковалось оружие, гнулись луки, запасалась провизия. Везде видны были голые спины и слышался стук топоров – люди работали слаженно и споро.
Княжна проехалась и по полям. Кресень подходил к концу, и бабы снимали первый урожай ягод и овощей, который тут же заготавливали впрок, или же скармливали не в меру ребятишкам, втихушку утирая слёзы рукавом: «Когда ещё поедите, сиротиночки!» Звенислава вздыхала и ехала дальше.
У Серебряного ручья в Дубраве у предгорья тоже шли работы, но тайные, и оттуда её завернули свои же дружинники. Она не стала спорить, подчинившись, и развернула коня к лесу. Синий лес манил её, как и Сосновый бор, но и туда её не пускали, всякий раз заворачивая обратно в город.
«Кажется, мои люди боятся за меня больше, чем я сама!»
Она быстро поняла, что это её люди. Ей нравились их доброта, отвага и трудолюбие. С неё быстро слетела её дикость, когда она повернулась к ним лицом. О ней заботились и стар, и млад, к ней прислушивались, но все хотели услышать главное – имя князя, а она пока не готова была никого назвать.
Ей подсказывали многих. Делали это Вольга с матерью, Доброгнева со своей дочерью Беляной, старой девой, воевода Ратибор, командиры Ждан и Вячко, волхва Ростислава, выжившая из ума во время извержения, старейшины городков. Она слушала и присматривалась к тем, кого ей называли, но пока ни на кого не взглянула дважды. Зато сама себя поймала на том, что стала часто искать глазами главного охотника-следопыта, а если встречалась с ним взглядом, отводила их…