Как-то начался дождь, работы решено было приостановить и отдохнуть по домам, чиня одёжу и обувь. Звенислава присела у печи рядом с Доброгневой, которая устроилась в тронном зале с коронами и кулонами – полировать и чистить.
- Давно хотела тебя спросить, Доброгнева, можно, я буду называть тебя бабушкой? Ты ведь ровесница бабушки Светланы.
- Ты моя золотая! Конечно, можно, - растрогалась старая прислужница.
- Бабушка Доброгнева, а почему вы не предлагали мне своих сыновей? Ведь Вячко и Девятко видные мужи, оба занимают высокие посты, один начальник погранотряда дружины, другой верховодит охотниками и следопытами всей долины, да и вы много лет служите семье князей. Так почему мне никто не указал на них как на женихов? – набравшись смелости, спросила Звенислава.
- Да что ты, деточка! Как можно?! Да если б мы посмели, нас уже растерзали бы! Да заслони нас Древо от этой напасти!
- Но почему?!
- Я-то ладно, я прислужница, и на самом деле, это почётная должность, показатель преданности. Но вот мой покойный муж, бедный отец моих мальчиков, Путислав, он был кашеваром! Мужчина-стряпуха! Таким не гордятся! Из такого рода не бывает князей. Он был честным и храбрым, но с детства рос слишком добродушным, вот и определился в кашевары, ворочаться от котла к крынке.
Старуха вздохнула, погрузившись в воспоминания. Звенислава притихла. А Мирослава с Вольгой тихо убрались из-под двери в тронный зал.
- Ну, и кто из них? – спросила Мирослава шёпотом, - Вячко или Девятко?!
- Девятко! О, небо! Это же Девятко! Девятко Путиславович, сын кашевара, он же освободитель меча-Свистуна! Всё, как в предсказании! – прошептал Вольга.
- А если не он?
- Он-он! На плотах плыли – вот тебе дом из воды, утку вместе ели, в разведку ходили, да и на железича того он тигром кинулся, еле оттащили!
- Благослава нет! Он бы их свёл, и всех бы заставил это принять, - вздохнула Мирослава.
- И мы сведём! Раз уж она его выбрала, да и имя о чем-то же говорит!
- А если он её не выбрал? Он на восемь зим старше, он охотник, дикий, как твари, на которых охотится! А если у него кто-то есть?! Лучше не вмешиваться!
- О, Небо! Помоги нам разобраться в этом! Помоги этим двоим увидеть друг друга и понять свои чувства. Покажи нам путь, Небо!
Если бы Вольга знал, как Небо исполнит его просьбу, он бы лучше отрезал себе язык, но пока перед ними забрезжила надежда, и они пошли на её призрачный свет, прося помощи у Макоши. Отныне Мирослава и Вольга решили приглядывать за княжной и сыном кашевара, девятым сыном…
Девятко прицелился и замер. Огромный олень с раскидистыми, как сам лес рогами, вдруг словно что-то почувствовал и поднял голову. Карие глаза с поволокой уставились на охотника. Девятко смутился и опустил лук. Олень ушёл.
- Опять пожалел? – насмешливо спросил за спиной Ждан.
- Он мне словно в душу заглянул, - смущённо сказал Девятко.
- Эх, Вячко на тебя нет! Он бы сказал: «Тоже мне, охотничек!»
- Да, ладно, пусть живёт. Ты чего за мной таскаешься?
- Охочусь!
- Ты? Да ты грохочешь, как море об утёс бьётся! От тебя только шум и запах.
- Обижаешь, брат!
- Вячко мне брат. Ты – лучший друг. Брат мне лжёт, потому что желает мне добра. Но хоть ты мне не лги! Что происходит?!
- А что происходит?
- Ты мне скажи. Скажи мне, Ждан! В городе вокруг меня мужики толкутся, будто я красна девица, а не муж, в лес отправили, солонину на зиму добывать для дружины, так дружинников приставили охранять, как к дитяти неразумному. Что творится, а? Что вы все задумали за моей спиной? Скажи, друг!
- Тебя велено беречь, - нехотя ответил Ждан.
- Чего ради?! У меня что – меча нет или руки отсохли?! – рыкнул Девятко.
- Ради княжны, - отвернув голову сказал Ждан.
- Что?! А при чём тут наша княжна?!
- А сам не понял? А я вот с нашими парнями согласен! – вскинулся Ждан, - я как того узкоглазого земелю услышал, сразу про тебя подумал! Их парень девятый сын, так и ты у отца девятый сын! И если кому и отдать Звениславу в жёны, так тому, кто меч-Свистун добыл. И вся дружина так решила! Мы все за тебя!