Те кинулись седлать лошадей. Вячко подошёл к их общему с братом другу.
- Слушай, а если они просто милуются на лужайке с ромашками?
- А если нет? А если за ними пришли эти собаки с гор, и мы вот-вот будем их оплакивать? – возразил Ждан, - особенно нашу рогатую упрямицу-лебёдушку?
- Ты прав! Мы их предупреждали, чтобы они не рисковали, а они сбежали. Вот пусть и думают в следующий раз. Едем!
В бору было просторно, прохладно и тихо. Звенислава прислушалась к нему.
«Птицы шумят. Прошёл кто-то крупный. Олень? Я его не дотащу! Или это стадо свиней? Мама говорила о Зелёном озере, любимом месте деда Богдана. Там должны быть утки и бобры. А вон там в зарослях можно поискать зайцев…»
Она не додумала, так как уловила краем глаза движение, которого здесь быть не должно было, и эта осторожность спасла её. Она выхватила из колчана стрелу и остановила кинувшегося на неё с сетью железича. Во второго полетел топор Девятко, подлетевшего сзади, и рассёк лоб нападавшего.
- Ты?!
- А ты ждала кого-то ещё? Ну, извини!
- Древо извинит и защитит! Нас окружают! Они на деревьях, и у них сети!
- Тогда применим главный воинский приём против сильного врага!
- Какой?!
- Бежим!!!
Он схватил её за руку и потащил вправо, в глубь Соснового бора, в его чащобу, куда мало кто заходил. Тут же отпустил её руку, метнув назад копьё. Она отправила туда же стрелу, выиграв им ещё мгновение. Теперь их не удалось захватить тихо, началась погоня. Железичей было около трёх десятков, они были в тёмных рубахах и без брони, поэтому двигались быстро и бесшумно. Зато Девятко при каждом удобном случае лупил древком по стволам сосен.
- Зачем?!
- Это Ждану и Вячко! Они нас найдут!
- Они далеко! Не услышат!
- Эти услышат! Бежим! – и он тянул её ещё правее.
- Там Ведьмино болото!
- Вот именно! Мы об этом знаем, а они нет! Скорее, княжна, скорее!
Они пролетели сквозь бор, как олени, и запрыгнули в самую тёмную часть, где деревья словно поредели и истончились, а земля стала мягкой и подвижной…
Вячко с двадцатью дружинниками погнались за небольшим отрядом железичей, тесня их к крутому обрыву, на котором заканчивался бор, и наконец посекли их и сбросили с обрыва в реку, а Ждан ещё с десятком людей преследовали тех, кто свернул вправо, до самого болота, но, когда лошади стали спотыкаться, спешились и остановились. Дальше дроги не было, только непроходимые тропы.
- Оставить коней! Спешиться и идти пёхом! Поспешай! – командовал Ждан.
- Жаль будет лошадь, если её лакомка задерёт, - заметил один из парней.
- А кого ты скорее готов оплакивать – княжну или кобылу?
- Да иду я, иду! Ишь, замутил! За лошадью, оно понятно, я бы в болото не полез, - ворчал парень, - да и за девкой тоже! Девятко жалко, хороший был мужик!
- Я вот тебе дам «был»! Охальник! Они живы! И надо их оттуда вытащить раньше железичей! И только накаркай мне ещё! – пригрозил Ждан парню.
Они пробирались в самую глубь трясины, в центре которой – дружинники и волхвы знали – стоял на крошечном островке кривенький сруб – дом ведуньи Темени. В отличие от других травниц, она не обращала внимания на запреты на приворот и отворот, да знала, как избавить баб от ненужного плода, вот её и прогнали из долины, а в бору она сама нашла тёмный угол, в который забилась…
Звенислава и Девятко забежали в дом и заперлись там.
- Сожгут! – забоялась девушка.
- Не-а, ты им живая нужна, да и меч мой им спать не даёт.
- Это мой меч! Почему ты никак его не вернёшь? Что ты в него вцепился?
- Тебя сейчас это интересует?!
- Да ты меня вообще не интересуешь!
Он вздохнул и выглянул в окно. Тут же отпрянул, поймав стрелу.
- Не оторвались, княжна. Они уже здесь. Но их намного меньше. Они разделились, уводя в сторону Вячко, а из тех, что пошли за нами, много потонуло и повязло в болоте. Всего двенадцать!
- У меня осталось пять стрел и кинжал, и ещё короткий меч, на кабана.
- На кабана! Как бы ты его донесла, того кабана, даже если бы добыла?! Зачем пошла в бор одна? – сорвался он.