-Возможно, что-то пошло не по плану в вашей центральной системе управления.
-Нет, просто меня беспокоит одна вещь.
-Вы можете поделиться этим со мной, если вам хочется выговорится.
-Для этого я тебя и включил. Только не рассказывай холодильнику.- улыбнулся Аристарх.
-Он ничего не поймет. Я вижу, что вы взволнованы. Что-то произошло? Может, непорядок с Бором?
Аристарх задумался.
-Ном. Мой друг.- он кивнул в сторону комнаты, где стояли на столе мелитовые урны.- Он до сих пор беспокоит меня.
-То, как он погиб?
-Не совсем, вернее то, что случилось с ним до задержания и ликвидации. Я кое-что узнал вчера. Он... Все сводится к тому, что он собственноручно убил свою мать. Его описание рассылали по отделениям после того, как мы убили того парня в кафе, после митинга. Я сделал это, но лицо Нома запомнил один из свидетелей, один из отформатированных. Его поймали, потому что один человек пришел в отделение и рассказал об убийстве Лу, матери Нома.
Аристарх замолчал. Искал в памяти точный разговор Георга Льюиса и одного из следователей полиции Города С33, переданный ему одним из неотформатированных полицейских, присутствующих при проверке памяти Георга.
-Георг Льюис был другом Лу Урбан, который очень часто приносил ей дэфиум. Дэфиум же тогда еще запрещен был, ты знаешь. Он так испугался того, что увидел в апартаментах Лу, что на второй день, преследуемый кошмарами из-за дэфиума, побежал в полицию. Подумать только.
-И нет других подозреваемых, кроме ее сына?
-Нельзя не доверять свидетелю. Его память проверена. Дверная карта от апартаментов была лишь у Лу, Нома и Георга. Сомнений быть не может.
-Но вы сомневаетесь.
-После смерти Лу я пошел к ним, постучал, хотел покатать Нома на лете, он так этого хотел. И он выглядел совершенно нормально. В смысле, как обычно, я почти ничего не заметил. Или же это я был слишком взволнован в тот день.
-От чего вы были взволнованы? Из-за революции?
Дрожь прошла по телу Аристарха.
-Нет, кое-что произошло тогда, я... Я не знаю, стоит ли об этом говорить. Наверное, просто забыть и все. Все равно я завтра улетаю, возможно, навсегда.
-Вы не думали о том, чтобы стереть плохое из памяти, пока есть такая возможность?
-О чем ты? Почему пока?
-Ведь вы завтра отправляетесь в экспедицию, Аристарх.
-Ну и что?
-Если в Сомнии вам помогут вернуть то, чего желаете, то стирание памяти может оказаться в будущем невозможным. Тогда и от этих воспоминаний, которые, как я имею смелость предположить, вам причиняют беспокойство, у вас избавиться не получится.
-Да это не беспокойство. Это... Просто мысли в пустоту. Не стоило вообще тебя подключать.
-Я всегда готов помочь вам.- сказал ЭХО после небольшой паузы.
-Не против, если я возьму тебя с собой в экспедицию? Все равно тебе здесь в этом пустом доме сидеть... Одиноко.
-Что вы, у меня есть холодильник и микроволновка.
-Да, но хозяев не будет уже. И не знаю, будут ли когда-то еще. Может, будут, да уже не Бьорнсы. Так что, полетишь со мной?
-Для меня это большая честь и большая награда, Аристарх.
Аристарх отправился в хранилище и, окинув остатки старых вещей родителей, решил еще раз просмотреть полет с Номом к синему огоньку.
Он прокручивал визит к Ному через центральный проектор на лбу, как будто это был его любимый старый фильм.
Его энергетический куб был в гараже, среди всех этих ненужных вещей. Он нашел его и подключился. Оставалось пять процентов заряда батареи.
Потом, подумав еще раз о Номе, о том, что он скорее всего сделал, подумав о Тау и о том, как все они лишь несколько дней назад проснулись вместе в одних апартаментах, живые и наполненные ожиданиями о грядущем, он установил пробуждение на 8:20 ночного времени и уснул, глотнув перед этим две таблетки дэфиума. Теперь дэфиум снова стал легальным средством для получения сновидений, но принимающие его должны были по новому закону проходить ежемесячную проверку здоровья. За производство взялась одна из компаний корпорации «Колоссум».
«Мы подарим вам самые радужные сны»- гласила реклама на голографических билбордах.
Ему приснилось что-то, чего, по пробуждению, он не вспомнил. Но этот сон, чувствовал он, был очень хорошим.
Поднялся наверх. ЭХО по-прежнему висел на кухне. Сердце Аристарха отчего-то сжималось и к горлу подступал большой ком.
Аристарх зашел в свою комнату и осмотрелся.
Затем схватил урны с Тау, Номом и Лу и почти бегом покинул свои апартаменты. ЭХО летел за ним. Сбежал по лестнице, не встретив никого на пути и, запрыгнув в лет, отправился к месту встречи с синим огоньком- это была обозначенная распылителями территория, над которой по утрам проносилось синее облако.