Пытаясь убедить себя в том, что в любом случае, к революции, которая повлечет за собой гораздо больше жертв, нужно быть готовыми, Аристарх все же не мог отрицать факта замкнутости Нома после тех событий. Вот его-то стоило оставить здесь, в безопасном месте, как и Бора. Не тот человек он, не жестокий, смирный. Навряд ли он сумеет поднять лучевую пушку и выстрелить, зная наперед, что необходимо уничтожить, а не просто сбить с ног, как при академических учениях. Нет, скорее всего участие Нома было ошибкой, хоть он и пытался порой доказывать Аристарху, что готов к чему угодно.
Даже до убийства ими того парня Ном был чересчур беспокойным, словно его сжимала невидимая петля, мешавшая ему почувствовать свободу. Аристарх чувствовал эту свободу, вернее, ее зачатки, ведь он знал, что поступает правильно, он знал, что, если понадобиться, несомненно отдаст жизнь за идею Синего Огня и за Карло- ведь Карло гораздо важнее, чем он. Карло- настоящий.
Ном был другим. Для Нома революция уже произошла. Он описывал у себя в голове картины счастливого будущего и, порой казалось, не придавал должного внимания необходимости применить оружие для получения этого счастья.
После случая с последним убитым ими полицейским Ном на следующий же день пришел в школу и как ни в чем ни бывало ходил рядом с друзьями, смеялся над шутками Бора и сам подшучивал над ним, однако Аристарх не мог не понимать, что Нома окутало беспокойство. Аристарх даже подумывал предложить Ному стереть его память об этом случае, но все не предоставлялось возможности.
Надеяться на мирное разрешение конфликта в здании Управления не стоило- Алоис Ат никогда не передаст власть в чужие руки просто так, потому что этого пожелает неизвестный ему Карло фон Густав. Нельзя было дальше жить в клетке- твердил себе Аристарх. В Арии нет жизни, ибо нет свободы, нет равенства, нет настоящего. Лишь высокое ограждение на границе, кривые отражения на стенах и густые серые тучи в небесах. И вечные слова ни о чем. Слова о ненависти к тем, кого они в глаза никогда не видели.
Второй день недели, как и первый, был посвящен загрузке информации. Зато на третий день намечено обучение стрельбе.
После занятий Тау напомнил, что они давненько все вместе не ходили в восточный район города. В восточном районе они раньше любили сидеть на тротуаре вдоль бульвара удовольствий.
Здесь тихо и прохожих не так много. Как возле кинотеатра «Заря», но в добавок небоскребы сияют разноцветными неоновыми огнями. Только на бульварах удовольствия такое можно увидеть.
Грязи, так, дабы мозолить глаза, здесь тоже хватало. И чем больше Аристарх наблюдал за всем, что происходило вокруг, тем больше убеждался в необходимости революции Синего Огня. Определенно нужен какой-то толчок, чтобы начать смывать все это с лица живущих здесь. И он должен участвовать в этом, твердил он себе, вновь погружаясь в мысли об атаке на здание. Победа. Только победа.
Люди сливались со своими отражениями. Все было кривым и безобразным.
Вдоль главного квартала восточного района города C33- бульвара удовольствий- стояли по десять небоскребов с каждой стороны улицы, небоскребов, предназначенных для легальных, согласно закону номер 12, развлечений сексуального характера. Согласно правилам, прописанным в конституции Арии, возраст, с которого гражданин может вступать на должность «временного сексуального партнера» составлял тридцать лет. То есть, позволялось брать на работу даже детей, не окончивших академию. Разумеется, с согласия родителей, директора академии и психолога академии.
Как диктовал закон, исключительно по инициативе родителей и заключения психолога Академии ученик, не прошедший полный курс обучения, мог исключить себя и заняться этим ремеслом.
Существовали и другие правила. Если, к примеру, в семье рождалось больше двух детей, молодые родители могли отдать одного из них на попечительство государства. Раз в год совершались торги, на которых продавали различные диковинные вещи, а также детей. Зачастую детей покупали агентства разных городов, работающих над улучшением предоставления услуг на бульварах удовольствий. Маленькие дети считались в некотором смысле деликатесом бульваров удовольствий. Детей до сорока лет здесь было очень мало и поэтому те, кто предпочитал совокупление с особами намного младше себя, очень часто по возвращению с работы специально проходили через бульвар удовольствий, чтобы проверить, не поступил ли на службу свежий ребенок, чтобы быть одним из первых воспользовавшихся его услугами.