Девушка не кричала от боли. Она всегда считала, что в жизни нет наказаний, а есть последствия поступков, которые следует изначально брать в расчет. Она приняла решение повидать Чан И, избить Линь Хаоцина и провести в подземелье всю ночь. Один поступок был продиктован душевным порывом, второй – безрассудным импульсом, третий – сознательным выбором. Но все три поступка вели к одному результату. Поэтому она вытерпела избиение молча, даже глазом не моргнув.
Плеть опустилась на ее спину двадцать раз, и Цзи Юньхэ проглотила эту боль вместе с кровью.
Когда наказание закончилось, Линь Цанлань сказал:
– Хорошо. Ты получила по заслугам. Оставим это в прошлом. Вставай.
Цзи Юньхэ встала, стиснув зубы. Линь Цанлань взмахом руки отослал всех прочь. Девушка развернулась и направилась к выходу из зала с окровавленной спиной. Кровь капала на пол, оставляя позади дорожку алых следов. Будь на месте Цзи Юньхэ кто‐то другой, его бы пришлось выносить из зала на руках, но девушка словно не чувствовала боли.
Покорители демонов косились на нее с опаской. Цзи Юньхэ наказывали крайне редко. Она всегда понимала, когда нужно остановиться, и знала, как себя вести. Так разозлить Линь Цанланя, чтобы он подверг ее публичному наказанию в тронном зале, ей еще не доводилось. Никто не предполагал, что эта с виду ленивая, беспечная девушка обладает стальной выдержкой и непреклонным характером.
Выйдя из зала Штормового Ветра на солнечный свет, Цзи Юньхэ разомкнула белые как бумага губы и окликнула Линь Хаоцина, который шел впереди. Ее голос звучал тихо, но отчетливо:
– Линь Хаоцин, встретимся в полдень на цветочной пустоши у змеиного логова.
Мужчина еле заметно вздрогнул и ушел, не оглянувшись, как будто не слышал ее слов. Цзи Юньхэ тоже не стала медлить, развернулась и побрела к дому, словно и не говорила ничего. Вернувшись к себе, она вытерла кровь со спины, сменила одежду и опять вышла за ворота.
Ее больше не удерживали взаперти. Линь Хаоцину удалось рассечь тритону хвост, стража наказали за «неповиновение», никому не было дела, куда ее понесет в полумертвом состоянии.
Она осторожно огляделась, удостоверилась, что никто не идет следом, и направилась к цветочным лугам. Сейчас цветочные поляны обратились в пустошь, издали являя собой унылое зрелище.
Змеиное логово, где Цзи Юньхэ и Линь Хаоцин в детстве пережили самое страшное в своей жизни испытание, теперь представлялось им крошечной пещерой. Когда девушка подошла к логову, Хаоцин уже поджидал ее у входа. Он пришел один и стоял, заложив руки за спину, всматриваясь в темноту пещеры и неизвестно о чем размышляя.
– Линь Хаоцин, – окликнула его Цзи Юньхэ.
Молодой господин ответил с холодной усмешкой:
– Что случилось? Отведала плети и жаждешь мести?
– Ты помнишь, что здесь произошло? – Цзи Юньхэ не стала ходить вокруг да около и, указав на пещеру пальцем, сразу перешла к делу. – Хочешь знать правду?
Кривая улыбка медленно сползла с лица Линь Хаоцина. Он заметно помрачнел.
26
Перемены
– О какой правде ты говоришь?
Ветер с унылым завыванием разгуливал по пустынной цветочной поляне, поднимая клубы песка и задувая в уши.
– Если ты хочешь рассказать, что толкнула меня в змеиное гнездо не по своей воле, а потому, что тебя заставил Линь Цанлань… – Линь Хаоцин сделал паузу и вновь усмехнулся. – Это мне давно известно.
Цзи Юньхэ не ожидала услышать такой ответ. Однако, поразмыслив, девушка пришла к выводу, что он был предсказуем.
– Юньхэ, в те годы я был слаб, но не глуп, – обернулся к сестре Линь Хаоцин. – Когда меня вытащили из змеиного логова, я сперва возненавидел тебя. Но прошло несколько дней, и я все понял.
Линь Хаоцин был и правда неглуп. Столько лет наблюдая за тем, как Линь Цанлань вершит дела, Цзи Юньхэ осознала, что это за человек. Разве мог Хаоцин оставаться в неведении?
– Не переоценивай свою роль, страж. – Линь Хаоцин окинул девушку равнодушным взглядом. – Не ты сделала меня таким, какой я есть.
Да. Линь Хаоцина сделал таким его отец. Правитель дал Цзи Юньхэ понять, что, если она откажется толкнуть названого брата к змеям, в будущем того ждут новые разочарования, измены и коварные интриги, которые станут преследовать его, пока он не изменится. Линь Хаоцин тоже это осознал… Поэтому он добровольно последовал по пути, который указал ему отец, и оставался верным ему, пока не изменился согласно воле отца.