Цзи Юньхэ посмотрела Линь Хаоцину в глаза, и все слова, которые она собиралась ему сказать, рассеялись без следа.
– Раз ты все уже знаешь, мне с тобой не о чем говорить, – хрипло ответила Цзи Юньхэ, с трудом шевеля бледными пересохшими губами. – Береги себя, молодой господин.
Девушка развернулась, собираясь уйти, но Линь Хаоцин внезапно остановил ее:
– Погоди.
Цзи Юньхэ склонила голову набок.
– Ты только за этим хотела меня видеть?
– Да.
Уголки губ Линь Хаоцина поползли вверх:
– Я рассек тритону хвост, и ты поняла, что тогда совершила ошибку, верно?
Девушка молча признала его правоту.
– Ты захотела что‐то изменить, так?
При этих словах сердце Цзи Юньхэ дрогнуло. Обернувшись, она посмотрела Линь Хаоцину в глаза и уточнила:
– У молодого господина есть предложения?
– Ты пришла сюда, чтобы кое-что мне сообщить, хотя для меня это не новость. Я отплачу тебе той же монетой и тоже сообщу кое-что.
Линь Хаоцин сделал два шага вперед, наклонился, приблизив губы к уху сестры, и прошептал:
– Я хочу заключить с верховным стражем союз, чтобы вместе убить… Линь Цанланя.
Слова сорвались с уст Линь Хаоцина так же легко, как подхваченный ветром пух одуванчика, но для Цзи Юньхэ они прозвучали подобно удару грома, от которого затрепетало сердце, а душа потеряла покой. У девушки задрожали ресницы. Она отвела глаза и первое время молчала. Линь Хаоцин выпрямился и отступил назад. Вглядевшись в его невозмутимое лицо, Цзи Юньхэ удостоверилась, что сын правителя долины не шутит.
Он сказал правду. Он собирается убить Линь Цанланя. Собственного отца.
– Когда ты это задумал?
– Давно.
Он отвечал спокойно, словно разговор шел о погоде, которая в последнее время не заладилась. По неизвестной причине вид Линь Хаоцина внезапно навел Цзи Юньхэ на мысль: Линь Цанлань преуспел. Перевоспитывая сына, отец добился невиданных успехов.
– Не боишься, что я выдам твой секрет? – спросила Цзи Юньхэ. – Линь Цанлань никого за такое по голове не погладит, даже собственного сына.
Линь Хаоцин беспечно улыбнулся.
– Я знаю, чего ты хочешь, – произнес он, не сводя с Цзи Юньхэ глаз. – Тебе не нравится жизнь в долине, и ты мечтаешь отсюда выбраться.
Девушка едва заметно вздрогнула:
– Как ты узнал?
– Меня давно преследовали смутные сомнения. Линь Цанлань многое заставлял тебя делать, и я никак не мог понять, по душе тебе его приказы или нет. Но в этот раз… Зеленокрылая птица Луань учинила в долине смуту. Прямая обязанность верховного стража – разработать план атаки и пленить демона. Вместо этого ты бросилась на поиски тритона, который провалился в пропасть…
Линь Хаоцин самодовольно ухмыльнулся:
– А потом я проверил список пропавших без вести после схватки с птицей Луань. Поразительно, но в нем числился Цюй Сяосин. Сюэ Саньюэ улетела вместе с птицей, твой помощник бесследно исчез, а ты разве не собиралась бежать?
Цзи Юньхэ не спорила.
– Жаль, что твоих желаний оказалось слишком много и ты решила забрать с собой тритона. – Линь Хаоцин протянул руку к виску Цзи Юньхэ и осторожно ухватил прядь ее волос. – Старик ошибся: мягкотелая, слабохарактерная девчонка – это определенно ты, Юньхэ. Если бы ты не стала возиться с тритоном, жила бы сейчас, не зная забот, на свободе.
Девушка высвободила прядь и оттолкнула руку Линь Хаоцина.
– Итак, ты знаешь, чего я хочу. Что собираешься делать?
– Я дарую тебе свободу, – ответил Линь Хаоцин. – Мы заключим союз, совершим задуманное, я стану правителем долины и позволю тебе уехать. Ты больше не будешь заперта здесь.
Условия для Цзи Юньхэ были крайне заманчивы, однако…
– Я не могу убить Линь Цанланя.
Линь Хаоцин приподнял брови:
– У тебя нет причин для отказа.
– Просто ты не знаешь о причине, – ответила Цзи Юньхэ. – По настоянию правителя я выпила яд. Каждый месяц Цин Шу выдает мне пилюлю с противоядием. С тех пор как ты побывал в змеином логове, я живу благодаря ежемесячному приему пилюль.
Линь Хаоцин едва заметно нахмурился. Цзи Юньхэ поняла, что о яде знали только трое: она, правитель и его прислужница. Этот секрет оберегали слишком тщательно.
– Поэтому я не могу с тобой объединиться. Линь Цанлань мне нужен живым. Разве что… – Цзи Юньхэ посмотрела на молодого правителя. – Ты дашь мне противоядие. Это мое единственное условие.
Налетевший порыв ветра стих после слов Цзи Юньхэ. Девушка не сразу нарушила тишину:
– Я никогда не просила никого помочь мне разобраться с Линь Цанланем. Я знаю, что мое условие сложно выполнить.