– Я почти поверил, что Небеса немилосердны ко мне и мое упорство было напрасным, но, Кунмин, эта девушка не фантазия и не пустой вымысел. Наша история еще не подошла к концу.
Видя, что тритон принял решение, Кунмин задал только один вопрос:
– Что будет с севером?
– Пока ты отвечаешь за жизнь северян, мне не о чем беспокоиться.
Кунмин глубоко вздохнул. После недавней катастрофы, затронувшей всех и каждого, недовольство и противоречия оказались на время забыты. Сплотить покорителей демонов, простых людей и нечисть было воистину трудной задачей. Авторитет тритона подскочил до небес. Люди слагали легенды о великом герое, могучем жителе моря, который вышел из водных глубин, чтобы спасти человеческий мир.
Если Чан И покинет север, беспорядков не предвидится. Его советнику не составит труда призвать народ потрудиться ради общего блага и воздвигнуть на полукольце лавовых скал оборонительные укрепления. Подумав об этом, монах посмотрел на профиль тритона и перевел взгляд на девушку, лежавшую на кровати. В прошлой жизни она была бледна, еле дышала от истощения и угасла, как свеча. Теперь же чудесным образом воскресла, но по роковому стечению обстоятельств вновь прикована к постели и не может открыть глаза…
Кунмин по-прежнему недолюбливал Цзи Юньхэ, однако вынужден был признать, что девушка и тритон проделали удивительно долгий и трудный путь. Монах снова испустил тяжкий вздох:
– Не понимаю, как вы выжили в этом аду. Ладно. Если хочешь уйти, я позабочусь о севере.
С этими словами он развернулся и зашагал к двери. На пороге Кунмин помедлил и недовольно буркнул:
– Возьми с собой нескольких надежных людей, хватит воевать в одиночку. Ты больше не рыба, которую только что вытащили на берег.
Чан И бросил быстрый взгляд на советника, но тот уже вышел: в дверном проеме лишь мелькнули полы монашеского одеяния.
Покинув зал, Кунмин столкнулся с Ло Цзиньсан, которая неслась ему навстречу. Уткнувшись монаху в грудь, девушка тут же вскинула голову:
– Юньхэ вернулась? Я помогала на улице людям и услышала, что тритон принес на руках какую-то женщину! Это Юньхэ? Кого еще Чан И мог принести во дворец?
Кунмин взглянул на верную подругу Цзи Юньхэ:
– Тебя не проведешь.
Услышав ответ, Ло Цзиньсан попыталась ворваться в зал, однако монах удержал ее:
– Тритон хочет отправиться на берег Замерзшего моря, чтобы исцелить раны Юньхэ…
– Я пойду с ними! – перебила его Ло Цзиньсан. – Я позабочусь о подруге. Не смей меня останавливать!
Кунмин вздохнул:
– И не собирался тебя останавливать! Так и знал, что ты захочешь пойти вместе с ними.
Ло Цзиньсан остолбенела от удивления, только тогда монах отпустил ее руку и добавил:
– Будь осторожна, береги себя.
Эти слова тронули ее сердце. Девушка быстро сделала шаг и обняла Кунмина.
– Ты тоже!
Разжав объятия, она похлопала монаха по груди:
– Мне пора! Не забывай по мне скучать!
Наблюдая за тем, как Ло Цзиньсан вприпрыжку уносится прочь, Кунмин слегка улыбнулся. Уже собравшись уходить, он внезапно заметил робкую фигуру Цзи Нина, который топтался неподалеку. Поймав на себе взгляд монаха, юноша вытянул шею:
– Я… я пришел повидать А-Цзи… Не знаю, цела ли она…
– Как поживает твой наставник, Цзи Чэнъюй? – спокойно поинтересовался Кунмин.
Цзи Нин оторопел:
– Что? Моему наставнику сейчас не очень хорошо. Ему… ему не нравится в школе Наставника государства.
– Ну а кому там может понравиться? – не сразу ответил Кунмин.
Той же ночью в полной тишине дворца Наставник государства зажег свечу у себя в кабинете. На письменном столе перед ним были разложены редкие и ценные лекарственные травы. Разглядев их, Наставник поднес пучок трав к кончику носа и принюхался. В назначенный час в дверь постучал и вошел Цзи Чэнъюй. Наставник, не оборачиваясь, отдал распоряжение:
– Этот странный заморский яд поможет удалить омертвевшую плоть с лица Жулин. Я добавлю его завтра в лекарство, а ты сперва опробуй яд на животном.
После короткой паузы Цзи Чэнъюй ответил:
– Наставник, я узнал, что в последнее время принцесса ведет себя очень странно…
Он говорил осторожно, взвешивая каждое слово и наблюдая за выражением старческого лица. Поняв, что учитель не собирается останавливать его, Цзи Чэнъюй продолжил смелее:
– Я слышал, что принцесса на днях захватила в плен много дезертиров из числа покорителей демонов и велела доставить во дворец. Позже из дворца вынесли их иссохшие трупы, начисто лишенные духовной силы… Наставник, это черная магия… На нее наложен запрет…