Почувствовав под собой мягкую постель, я моментально уснула.
Проснулась я среди ночи, рядом спокойно спал Эгрейн. Свет звёзд падал из окна, давая возможность рассмотреть его во всей красе. Стоило мне задержать на нём взгляд, как я уже не могла оторваться и не смотреть. Широкие плечи, руки с хорошо очерченными мускулами, узкие бёдра, плоский живот с рельефными мыщцами пресса. Лицо с красивыми чёрными бровями, глаза, сейчас закрытые, с длинными ресницами, чуть приоткрытый рот. Эгрейн, ты совершенство. Как мне жить теперь, зная, что есть такой человек? С особенным потрясающим запахом — я принюхалась. Нет, это не запах чего-то конкретного, это запах мужчины, самого лучшего. А я? Я теперь лиса. Сработает ли план Эгрейна? Смогут ли меня превратить в человека? А если ничего не получится, ведь в этом мире меня, как человека, никогда не существовало?
Я тихо скульнула, и Эгрейн повернулся на бок, обняв меня, но так и не проснулся.
Следующее моё пробуждение случилось по одной простой причине — захотелось в туалет. Осторожно выбравшись из-под руки, соскочила на пол и задумалась. Дверь в соседнюю комнату я не смогу открыть, пробовала уже, даже если открою, воспользоваться удобствами вряд ли получится. Придётся идти на улицу.
Повезло, мы оказались не заперты. Вышла в коридор, толкнув дверь и прикрывая её. Помня о моём топографическом критинизме, остро проявившимся в этом теле, решила запоминать путь, проговаривая его.
Так, значит, коридор справа заканчивается лестницей, значит нам туда. Огляделась, пытаясь запомнить комнату Эгрейна. Напротив узкий, но очень высокий стол с вазой, на стене канделябр, по бокам — два бледных охранника, вжавшиеся в стенку, у одного левая рука трясётся, а у другого глаз дёргается, на самой двери — узоры золотистые. Ну, примет много. Надеюсь, найду.
Спустилась по лестнице, тут ещё два охранника. Один, видимо, левую ногу с правой перепутал, упал, второй бросился ему помогать, на меня косясь. Окинула взглядом лестницу — большая, широкая, вряд ли в этом доме есть ещё такая, хотя кто его знает. Не совсем понятно, кем является отец Эгрейна, если у него свой казначей имеется. То, что он очень обеспеченый человек — ясно. Может, граф или герцог, не очень в этом разбираюсь. Ага, вот фонтан на первом этаже и там центральный выход. Он нам не нужен, поискать бы другие, свернула в боковой коридор и, пробежав несколько метров, услышала голоса. Остановилась, услышав знакомое имя.
— Мне нужно к Дарию, — умоляла кого-то девушка, прося её отпустить куда-то.
Дарий, Дарий… Где я слышала это имя? А, вспомнила, это имя произнёс тот мужчина после боя с носорогом. Хотя мало ли в мире может быть людей с этим именем?
— Госпожа, мы не можем сейчас уехать, — оправдывался голос, видимо, принадлежащий взрослой женщине. — Армия стоит у стен столицы, все готовятся к походу. Мы просто не проедем, нас остановят.
— А потом как опознают, — это уже мужской голос, — доложат, и правитель сразу головы с нас поснимает. Пожалейте, госпожа!
— Но вы же всегда помогали мне, а сейчас всё очень серьёзно, он может погибнуть, — кажется, девушка заплакала.
— И чем вы поможете? — спросил мужчина.
— Я увезу его! — шмыгнула носом девушка.
— Послушайте меня, старого воина, — цокнул мужчина, — негоже солдату с поля боя бежать, а тем более будущему правителю. Его потом народ перестанет уважать.
— Да что народ, — вторила ему женщина, — он сам себя перестанет уважать.
Девушка снова заплакала, и я не стала больше слушать. Ясно, что девушка намерена бежать кого-то спасать, а её не отпускают и, судя по всему, не отпустят.
Выбежала во двор, нашла ближайшие кустики и присела, протяжно выдыхая. Выбравшись из кустов, отряхнулась как могла и отбежала подальше в сад. Хорошая ночь, такой свежий воздух, сверчки кричат, надрываются — романтика. Легла на спину и засмотрелась на звёзды. Их на небе оказалось великое множество. Думаю, в этом мире они не могут называться созвездием таким-то или созвездием другим. Здесь, скорее, если и давать названия, то такие — россыпь в форме цветка, россыпь в форме лица человека, несколько слоёв россыпи в форме кусочка торта, а вон там россыпь, похожая на куст с ягодами, а вон там…
Мои научные размышления прервали голоса, доносящиеся с окраины сада. Стараясь не выдать своего присутствия, медленно, держась самых густых кустов, пробралась к компании, состоящей из трёх человек, одним из которых оказался уже известный мне казначей. Он был чем-то сильно недоволен. Нет, не так, он был просто взбешён.