Казначея сопроводили в тюрьму, повсюду выставили охрану, были посланы акеры в сторожку. Дальше последовали доклад отцу и допросы.
Эгрейн так замотался, что стоило оказаться в своей комнате, как он тут же устало повалился на кровать. Сил еле хватило на то, чтобы стянуть сапоги. И вроде бы ничего особенного не делал, скорее нервное напряжение давало о себе знать.
Увидев спящего арнхара, он, кажется, тоже задремал. Разбудил его тихий стук в дверь. Не дождавшись ответа, кто-то проник в комнату и включил свет. Эгрейн всполошился, но, увидев сестру, мгновенно успокоился.
— Брат, ты спишь? Извини, я не хотела тебя будить, — Тилана слегка отшатнулась от зевающего арнхара, но упрямо направилась к кровати. Сестра была бледной и уставшей. Она выглядела такой с тех самых пор, когда он вернулся из леса после падения в реку. Хоть у них были близкие и доверительные отношения, спросить о причине такого сосояния Эгрейн так и не догадался, и только сейчас подумал об этом, слегка устыдившись, что был так невнимателен. С другой стороны, если бы было что-то серьёзное, она обязательно сообщила бы всем. У них в семье принято делиться проблемами друг с другом. И раз она пришла, значит возможно сейчас такой случай настал.
Усевшиись на кресло, Тилана произнесла:
— Мне нужно поговорить с тобой.
Эгрейн потёр лицо руками, взлохматил волосы и опустил ноги на пол, усаживаясь на край кровати:
— Слушаю.
— Ты завтра отправляешься на границу с Таркинией, — твёрдо произнесла она, заметно нервничая. — Дарий не должен погибнуть!
— Что? — Эгрейн выразительно изогнул бровь.
— Послушай меня, брат, только не перебивай, прошу. Мы с Дарием встречаемся. Да, не удивляйся так, мы встречаемся уже год примерно. Редко, конечно, мне удаётся вырваться на эти встречи. Очень редко. Но хочу тебе сказать самое главное, мы с ним истинная пара, мы можем вливать свет друг в друга одновременно. Ты сам знаешь, что это значит. Это и здоровье твоих будущих племянников и племянниц, это и моё здоровье. Наша мама вливала в колыбели силу, пока не высушила себя полностью. А всё потому, что они с нашим отцом не были истинной парой. Не хотелось бы для себя такой же участи. Я хочу видеть, как растут и взрослеют мои дети. Надеюсь увидеть своих внуков и правнуков, увидеть племянников, племянниц и их детей. У меня много планов на будущее, но без Дария я зачахну.
И это правда. Акер, встретивший вторую половинку и успевший обменяться с ней светом, быстро высыхал при невозможности вновь соединиться.
Эгрейн был ошарашен новостью. Он не мог себе позволить рисковать жизнью сестры. В голове пронеслись несколько вариантов спасения Дария, вплоть до его похищения, но все они казались трудно выполнимыми. Две армии, можно сказать, почти собраны для боя. Формально победителю достанутся залежи саргама, хотя невероятно глупо убивать акеров для того, чтобы иметь возможность родить новых.
Сестра, теребя ткань тёмно-зелёного платья, с надеждой смотрела в глаза брата и ждала его ответа.
— Да, я понял тебя, Тилана, и сделаю всё, что смогу, чтобы наследник Дарий остался жив, — он не мог подвести сестру.
— Обещай, — с мольбой в голосе попросила девушка.
— Обещаю.
***
Эгрейн и тридцать акеров сопровождения двигались гораздо быстрее войска, в состав которого входили обозники с амуницией, вооружением, кухней и припасами, поэтому к ночи уже были у границы. Лагерь с кострами увидели ещё на подходе. Приказав акерам из сопровождения отдыхать, наследник стянул с седла недовольно ворчащего арнхара и опустил его на землю. Зверь что-то сердито протявкал и на дрожащих лапах побежал в сторону кустов. Кажется, он на что-то злился.
— Верность Акилии! Приветствую наследника Эгрейна! — генерал Ланей появился будто из ниоткуда и вытянулся по струнке.
— Верность Акилии! Приветствую, генерал, доложите обстановку.
— Таркинийцы в бой пока не рвутся. Похоже на то, что у них там какие-то внутренние разногласия, а может подмогу ждут. По пути захватили новобранцев, зелёные, молодые совсем, необученные, таких и в бой пускать жалко.
Генерал докладывал не по уставу, явно переживая о набранных юношах. Наследник Акилии полностью разделял его тревогу. Он бессильно сжимал кулаки, ощущая себя акером, кторый хочет остановить лавину, но не может ничего сделать. Оставалось надеяться, что утром Великие небеса помогут ему найти нужное решение.
До рассвета оставалось несколько часов, нужно отдохнуть. Быстро перекусив, Эгрейн зашёл в приготовленную для него палатку. Сразу высмотрел то, что его сейчас больше всего интересовало, а именно лежанку, стянул сапоги, схватил в охапку вернувшегося арнхара и завалился спать под мерное звериное ворчание. Его питомец чем-то сильно недоволен — это было последней мыслью перед перед отправлением в царство снов.