— Я давно тебе говорю, — Дарий подался вперёд, — что твой главный советник это прогнивший насквозь предатель, а ты не веришь мне. Он хочет, чтобы мы уничтожили друг друга, а он потом спокойно мог продавать саргам в Меранию. Это он настраивал тебя на эту войну. Пять лет назад, когда Зувара ещё не было в нашем правлении, мы мирно соседствовали с Акилией, всегда могли договориться по спорным вопросам. Именно он ухудшил отношения между нашими странами. Отец, пойми, гибнут люди!
— Не кричи на отца! — правитель стукнул кулаком по столу. — Акилия хотела напасть на нас! Зувар узнал и предупредил! — Нурий брызгал слюной, защищая своего любимца.
— Вторжения не было! — продолжал гнуть своё Дарий.
— Было бы, если бы не Зувар! — не унимался правитель, продолжая стучать по столу, отчего пустой бокал не устоял на тонкой ножке и покатился со стола.
Реакция Дария была мгновенной, он успел вскочить с места и поймать его.
— А-а, вот оно что, — снова усаживаясь в кресло, протянул наследник, не выпустивший из рук пойманный бокал, — Зувар у нас спаситель значит. Так вот знай, он пытался убить меня. Он натравил на меня кьюра.
После этих слов правитель сбавил свой пыл. Всё-таки Зувар прав, его сын немного не в себе, постоянно выдумывает небылицы, чтобы привлечь внимание отца, и ещё своими россказнями пытается отобрать бразды правления, внося смуту на собраниях советников. Если бы Дарий не был единственным наследником, то он уже давно отослал бы его в дальний гарнизон на границе с Меранией.
— Ты что-то путаешь, сын, — Нурий недовольно потёр лицо, покрасневшее от принятого настоя.
— Ничего я не путаю. Кьюры, как ты знаешь, никогда просто так не нападают, этот был зачарованный, — уверенно поизнёс Дарий.
— И как же тебе удалось выжить после зачарованного кьюра? — с издёвкой произнёс правитель.
Дарий вздохнул:
— Ты всё равно не поверишь мне. Как и тому, что сказал Зувар, там в лесу. Он сказал, что рад избавиться от меня, и исчез, как только появился кьюр.
— Ну знаешь ли, — правитель Таркинии вскочил с места и недовольно скривился, раздувая ноздри, — твои фантазии мне надоели! Подумай над своим поведением! И готовься, возможно скоро ты поедешь в Меранию, Зувар считает, что тебе нужно показаться меранским целителям.
— Опять Зувар?! — Дарий тоже поднялся и кивнул каким-то своим мыслям. — Разговор продолжать бессмысленно, как и сотня других до этого. Всё закончится одним: а что на это скажет Зувар? Так ведь?
Ответа на этот вопрос не требовалось, поэтому Дарий поклонился, как положено по этикету, и поспешил удалиться.
***
Наследник Таркинии шёл по коридору, сжимая в руке бокал. И зачем только взял его? Шёл, как всегда, в обход галереи с портретами предков. Там, в самом конце ряда, висело изображение его матери, покинувшей этот мир шесть лет назад. На портрете она была именно такой, какой помнил её Дарий: весёлой, доброй и жизнерадостной. Он искренне не понимал, зачем вешать портреты на стену, это слишком больно. Невыносимо больно понимать, что ты знал этого человека, помнил его столько же, сколько и себя. И вот… Страшная смерть от непонятной болезни. Именно тогда отец и сник. В те тяжёлые времена Дарий ходил сам не свой, ему было очень и очень трудно. Казалось, мир сузился, в нём остались только он и его горе. Он и не заметил, как в их дворце появился Зувар, как быстро прибрал к рукам все возможные рычаги управления, и как отец, вместо того, чтобы взять себя в руки, пристрастился к лечебным настойкам, которые приносил ему Зувар.
Зайдя в свои покои, Дарий поставил принесённый бокал себе на стол и залпом выпил два стакана воды. Устало плюхнувшись на диван, он обвёл взглядом свою комнату, единственное место, где он мог расслабиться. После смерти мамы он ничего не стал менять, всё было именно так, как сделали они когда-то вместе. Светлые-зелёные шторы закрывали три огромных окна. Пол устилал темно-зелёный ковёр. Хотя до холодов ещё далеко, но в его комнате всегда было прохладно, поэтому в камине потрескивал огонь, бросая яркие отблески на шкафы с тёмно-серыми витражами и низкий столик с резными ножками, похожими на лапы арнхара.
Сегодня если бы не арнхар, он бы погиб. Откуда он взялся, ведь считается, что они переселились в горы? И почему бросился защищать его? Если бы их была стая, то можно предположить, что они охотились, всё-таки добыча получилась бы приличная. Но он был один. Это не охота. И глаза. У арнхаров не бывает жёлтых глаз. Их глаза, чёрные как ночь, даже не видно зрачка, а может и нет его. Ни один нормальный акер не станет проверять это, опасаясь за свою жизнь, слишком уж сильный яд на клыках этих зверей.