Сидела рядом и не понимала, что со мной происходит. Показалось, что меня тянет к нему будто магнитом. Как такое возможно? Почудилось, что я нахожусь очень-очень близко к нему, слышу его дыхание, слышу стук его сердца, слышу, как кровь бежит по венам. Отряхнулась от странных мыслей, нужно что-то делать, как-то помочь ему. Кое-где на его теле и одежде виднелись следы крови, а на плече белая рубашка разрезана, и виден глубокий порез. Мне стало жалко парня, нужно привести его в чувство. Но как это сделать? И тогда я встала передними лапами ему на грудь, поочерёдно то поднимая их и опираясь только на задние, то с силой опуская вниз. Попробовала сделать так несколько раз, пока не поняла, что это бесполезно. Отчаявшись, легла ему на грудь, испытывая сейчас только одно желание: пусть он очнётся. Ну же, давай! Очнись! Очнись! И тут случилось странное: из лап полился ярко-синий свет, который моментально впитался в тело, лежащее подо мной. Это было так неожиданно, что я вскочила и отбежала.
Видимо, моя странная «реанимация» подействовала, потому что парень приподнялся и закашлял, чуть повернувшись набок. Он откашлялся и стал осматриваться, потом увидел меня и почему-то побледнел. Он с ужасом смотрел на меня, а я в это время думала о невероятно завораживающей синеве его глаз. Хотелось спросить его: «Как ты себя чувствуешь?», но вместо этого издала звук, похожий на зевоту. Вот и поговорили. Парень сразу же потянулся к ножнам, висевшим на поясе, но увидев, что в них пусто, вытянул в мою сторону руку с раскрытой ладонью и слегка хрипло произнёс:
— П-привет. Хороший арнхар. Ты же не собираешься меня есть, да?
Я даже пасть открыла от удивления. Называюсь я оказывается арнхар, и, вот чудо, понимаю местную речь. А почему раньше не понимала? Наверное, всему причина тот синий свет, что выходил из моих лап. Может я магом стала? А что, много попаданцев из книг магами становятся, а после этого архимагами или некромантами, а потом мир спасают или уничтожают.
Парень сидел, боясь пошевелиться, а я, имея опыт с тем, первым встреченным человеком, решила не показывать свою разумность. Во избежании, так сказать.
Мы долго сидели, гипнотизируя друг друга, и чтобы как-то разрядить обстановку, я склонила голову набок, как это делают собаки. Похоже, это сработало. Парень, хоть и с опаской, но всё же смог отвести от меня взгляд и принялся рассматривать своё тело на предмет ранений. Подняться у него получилось только со второго раза. Он расправил плечи, размял затёкшие от, наверное, долгого лежания мышцы и, иногда посматривая на меня, заковылял в сторону леса.
«Эй, а как же я? Я тут впервые встретила того, кого понимаю. Ответить не могу, но это лучше, чем одиночество. К тому же у тебя такие красивые глаза! О чём это я?» — мысли бились в панике, внешне же это прозвучало как сиплый лай. Парень казался напряжённым, но шёл, уже не оборачиваясь. Не желая оставаться без этого синеглазого красавца, рванула за ним.
Так мы и шли, он впереди, я следом. Где-то примерно через пару часов пути парень сел на землю, прислонившись спиной к стволу дерева, и прикрыл глаза. Я устроилась неподалёку, вспомнив, что не мешало бы поесть. Убедившись, что пока мой попутчик не собирается никуда уходить, отправилась на охоту. Побегав по округе минут пять, наткнулась на мелкого зверька и с лёгкостью поймала его. Схватив добычу в зубы, вернулась к парню и бросила недалеко от него, почему-то опасаясь приближаться. Он открыл сонные глаза и с недоверием рассматривал меня и добычу, я же раздумывала, хватит нам одного или сбегать за вторым. Да, нужен ещё один. Все животные куда-то попрятались, и мне пришлось бегать ещё полчаса, прежде чем смогла поймать ещё одного.
Когда вернулась, поняла, что человек без меня не бездельничал. Он развёл костёр, разделал тушку и примостил её над огнём. Я застала тот момент, когда он, вытерев травой маленький складной нож, сложил его в небольшой мешок, прикреплённй к поясу.
Врял ли в моём случае возможно сказать: «Слушай, и мне мяска поджарь, пожалуйста», поэтому, умостившись невдалеке под деревом, стала поедать свой поздний ужин.
Проснулась среди ночи. Мой человек, спавший на земле, обнимал себя руками, сложившись, как эмбрион. Мёрзнет. Встала и подошла к спящему, легла на живот, боком прислонившись к его спине. Я зверь небольшой, но надеюсь, так ему станет хоть чуть-чуть теплее. Не заметила, как сама пригрелась и заснула. А когда проснулась, обнаружила себя прижатой к крепкому телу. Парень обнимал меня, рукой перебирая шерсть на загривке.