Чета Роу реагирует на мое нахождение за стойкой по-разному. Дилан изумленно и несколько подозрительно вскидывает брови, как бы спрашивая без слов: «Что эта пигалица там забыла?» Одариваю его любезным оскалом. Лариса же улыбается открыто и радостно. Может, я что-то упустила, и она еще и мозгоправ? Довольна, будто сама прописала мне кулинаротерапию. Ей я улыбаюсь скупо и фальшиво.
— Кстати, а почему судно называется «Старая ласточка»? — как бы невзначай спрашиваю кока, гремящего посудой за моей спиной.
Остальные-то уж точно мне ничего не расскажут.
— А шут его знает, — откликается Кули. — Так уж повелось. Звучно.
И я едва не рычу, но тут же отвлекаюсь, потому что в помещение входит Джек.
При виде меня он усмехается и направляется прямиком к стойке.
Бинго! Сейчас я его удивлю! К черту возраст ласточек.
Кули все еще занят посудой, а я принимаю позу воинственной амазонки, вооружившись половником в правой руке и дуршлагом — в левой.
— Ну что, похожа я на Миранду Морган? — огорошиваю Джека еще на подходе.
И он спотыкается на ровном месте.
— Я сказал, что учил Морган готовить, — вставляет Кули, высунувшись из-за моего плеча.
С губ Джека слетает смешок, как мне кажется, несколько нервный. Что не так-то?
Убито опускаю руки.
— Что, не похоже? — спрашиваю, когда он подходит ближе, и, стягивая с головы зеленую бандану, которую кок одолжил мне на время готовки, разочарованно комкаю ее в кулаке.
Черт, а вдруг подписчикам тоже не понравится? Не все же фанаты семейства Морган-Тайлеров.
— Ростом не вышла, — язвит Джек, устраиваясь на барном стуле.
Вот зараза. А кто выкинул мои единственные туфли на каблуках, забыл?
И все же не могу пока уняться.
— Ты же не можешь не знать, кто такая Миранда Морган? — уточняю осторожно.
Лариса сказала, он крутой пилот. А кто из пилотов не знает имени Морган?
— Знаю, — гримасничает Джек. — Уймись уже.
Корчу ему рожицу в ответ.
Что за человек? Ничего святого: то главой «ТайлерКорп» не восхищается, то не хочет, чтобы я была похожа на героическую женщину-пилота.
А он уже нагло меня игнорирует и, вытянув шею, заглядывает мне за спину.
— Глеб, она тебе тут все тарелки не перебила?
Закатываю глаза и упираю руку в бок в ожидании ответа.
— Не все! — весело отзывается кок. — И почти не ушиблась!
Возмущенно фыркаю.
— Мужской шовинизм — это смертный грех, — ворчу на них обоих и сдергиваю через голову лямку от фартука.
Упарилась, но главное — не зря.
Вернется Шон, сварганю ему запеканку и овощное рагу. То-то он удивится.
А когда все обзаводятся тарелками с нашими кулинарными шедеврами, беру свою и подсаживаюсь Джеку под бок. Он бросает на меня взгляд, но не комментирует. А я что? Стойка общая, а тащиться к столикам лень — уработалась.
А я, оказывается, неплохой повар — действительно вкусно.
Несколько минут едим молча.
— Я тут подумала… — начинаю, утолив первый голод, и Джек, возводя глаза к потолку, не доносит ложку до рта.
Похоже, мы уже можем общаться мыслями. Например, сейчас я прекрасно могу прочесть по его лицу, что он думает: «Ну что опять? Когда ж ты заткнешься?» И это, черт его дери, очень грубо.
— Я тут подумала, — начинаю снова как ни в чем не бывало, — а нас вообще пустят на Пандору? Там же закрытая зона. Приближение строго по пропускам.
Джек морщится.
— Видимо, там все уже не так уж строго. Иначе откуда там взяться «туманщикам»?
— Может, их прикрывает лондорская СБ? — предполагаю. Вижу скепсис на его лице и добавляю: — Это могут быть звенья из середины цепочки, необязательно верхний конец.
Необязательно тот, на кого ты работаешь, я имею в виду. Потому что после всего увиденного связь Джека с Лондором очевидна. Я даже придумала теорию: после убийства его матери, пацана пожалел кто-то из группы захвата и забрал с собой, а потом еще и пристроил на службу. Все сходится идеально: и «Боженька», и работа, и упоминание о семье.
— Возможно, — буркает Джек, но и не спорит. — Нас пропустят, я уже направил запрос, — продолжает, выдержав паузу, чем только еще раз подтверждает мои догадки.
Пожимаю плечом, мол, я что, я ничего, не удивлена и даже не буду расспрашивать.
Спрашиваю другое:
— То есть пустить пустят, но финансировать не стали бы?
Джек усмехается.
— Ты же сама сказала: цепочка длинная. А на средства из бюджета нужны основания.
О боже, «бюджет» — худшее из слов.
— Кстати, Дилан сказал, твой отец оплатил счет, — добавляет Джек, и я победно вскидываю подбородок — я же говорила.
Папа любит Шона и никогда не станет на нем экономить — можно было даже не сомневаться.
А вот оперативность обмена сообщениями и скорость системы платежей радует неимоверно. Теперь между нами и Пандорой — только неделя пути.