Он что, спать собрался?!
— И? — настаиваю.
Джек с явным недовольством приоткрывает один глаз.
— Что «и»? — передразнивает. — Подумал, что это может быть очередное расследование избалованной идиотки. Теперь вижу, что нет. Так что берусь. Вопросы?
— Миллион!
— Разбуди, когда все высушится. — Прячет лицо в сгибе локтя и затихает. Вот же!
Но я тоже не помню, когда в последний раз нормально спала. А он еще и ранен, хоть и держится.
Мерное жужжание стиральной машины убаюкивает, глаза слипаются…
К счастью, аппарат издает звонкую трель, оповещая об окончании программы, и я заставляю себя встать, чтобы переложить вещи в сушилку.
Только после этого позволяю себе расслабиться и вытянуться на скамье в полный рост.
Итак, что мы имеем? Занимается наркотиками и работорговлей. Работает под прикрытием. Имеет кучу имен. Спецагент? Вольный наемник? А еще жил на Земле и держал кошек — как-то не вписывается…
Кто ты, черт возьми?
На этой бессильной мысли веки окончательно тяжелеют, и я вырубаюсь, будто меня снова огрели по голове чем-нибудь тяжелым.
— Вставай, — кто-то настойчиво трясет меня за плечо.
Ну зачем? Я же только что уснула…
— Шо-о-он, — недовольно ворчу и вяло отбиваюсь, пытаясь натянуть на голову одеяло, но руки ловят лишь пустоту, — завтракай один, я худею…
В ответ раздается крайне некрасивое ругательство, какими мой брат обычно не пользуется. Да и голос другой…
Черт, это не Шон!
Сонный мозг наконец стыкует кривые обломки мыслей-пазлов в единую картинку, и я поспешно вскакиваю. Слишком поспешно — до искр из глаз. Но не из-за резкой смены положения, а потому что со всей дури врезаюсь лбом в подбородок того, кто только что так настойчиво пытался меня разбудить и не успел отпрыгнуть в сторону, не ожидая такой подставы.
Кажется, даже слышу клацанье резко сомкнувшихся от удара в челюсть зубов. А может, и в правду показалось, потому что в голове стоит звон — только что собравшиеся пазлы с грохотом бьются о черепную коробку.
— Бриться не пробовал? — шиплю, с досадой растирая пальцами ободранный жесткой щетиной лоб и часто моргая в попытке сморгнуть выступившие от боли слезы.
Есть же люди как люди: избавляются от растительности на лице раз и навсегда, а потом до старости живут припеваючи, не зная бед. Так нет же, мне достался любитель щетины.
— Сначала думать, а потом делать не пробовала?! — рявкает Джек в ответ.
Он обнаруживается в полуметре от меня. Стоит, взявшись за подбородок, и, приоткрыв рот, двигает челюстью из стороны в сторону, проверяя ее целостность. Покраснение на коже в том месте, куда я так метко влепилась, видно даже сквозь темную поросль, а это он еще смуглый.
И вид у него в этот момент такой умильно-шокированно-возмущенный, что я перестаю тереть свой многострадальный лоб и прыскаю.
Джек одаривает меня очередным убийственным взглядом и наконец отпускает пострадавшую челюсть.
— Придурочная, — припечатывает.
— Просто у кого-то реакция ни к черту, — немедленно отбиваю «подачу».
Кто у нас самый меткий стрелок-камикадзе-секретный-агент? Вот и отпрыгнул бы от летящей ему в лицо опасности и не махал бы потом после драки кулаками.
Джек отпускает витиеватое ругательство и, уперев руки в бока, запрокидывает лицо к потолку — похоже, считает до десяти, чтобы меня не прибить. Потом выдыхает и вскидывает руку, не иначе как намереваясь запустить пальцы в волосы, но лишь проводит ладонью по короткому ежику — кто-то явно подстригся буквально на днях и еще не привык. Все еще смотрит на меня недобро. А я, между прочим, тоже пострадавшая сторона!
Встаю и, демонстративно подтянув трусы повыше и гордо выпрямив спину, направляюсь к завершившей программу сушилке.
— Еще сзади поправь, — язвительно несется мне вслед.
О черт.
Спокойно, Кайя, покерфейс — наше все. Ты бесишь его так же, как и он тебя, а это уже отличная месть.
Не оборачиваюсь, но сместившийся край белья все же поправляю, будто сама почувствовала, что он не на месте. Достаю вещи из сушки, перекладываю в таз.
— У тебя есть другая кепка? — уже вполне мирно и по делу уточняет Джек.
Все еще стоя к нему спиной, качаю головой.
— Ты меня слышишь?! Есть кепка другого цвета? — повышает голос.
Капец, он на меня уже даже не смотрит!
— Есть худи с капюшоном. — Извлекаю из кучи только что выстиранных и высушенных вещей ярко-розовую кофту и встряхиваю. — Пойдет? — Оборачиваюсь через плечо.
Джек кривится и показывает поднятый вверх большой палец.