— Прибыли, — тем временем провозглашает Эд, заглушая мотор, и наша перепалка прекращается, так толком и не начавшись.
— И даже не убились, — комментирует Джек.
Смотрите-ка, он не только со мной такой язва.
— Малыш, с тебя спарринг, — угрожающе хмурит брови Эдвард.
— Без проблем, — откликается этот камикадзе. — Как только ребра зарастут.
А меня вдруг посещают сразу две мысли. Первая: это была не шутка, и человек-гора действительно зовет Джека Малышом. Вторая: и речи нет о «работаю один — иногда появляющиеся помощники». Эти трое знакомы давно и гораздо ближе, чем просто коллеги.
Итак, мы у шлюзов.
Тоже верчу головой по сторонам, пытаясь разглядеть в окнах, что творится вокруг. На первый взгляд, все спокойно. Народа по-прежнему много, но на только что припарковавшийся грузовик пока никто не обращает внимания, явно воспринимая его как должное.
Пока — это я правильно подумала. Потому как в следующее мгновение водительская дверь распахивается, причем от рывка снаружи.
— Вы! — орет какой-то усатый мужчина в кепке с точь-в-точь такой же надписью, как на стенде. — Вы угнали грузовик!
Согласна, меня тоже восхищает, что они умудрились увести машину из-под носа охраны и работников шлюзов, да еще и при таком количестве камер, которые натыканы на Альбере на каждом шагу.
— Мы-то? — Лицо Эдварда мгновенно становится соответствующим его габаритам, то есть зверским. — Окститесь, гражданин! Мы его нашли и пригнали назад!
От такого напора служащий мгновенно сникает и уже любезно уточняет:
— А что в кузове, не подскажете?
— А я почем знаю?!
— В таком случае откройте, пожалуйста…
Ну вот, всегда считала, что вежливость — секрет успеха.
— Валите давайте, — бросает Эд своим, — я улажу.
И наглость, ага.
Эдвард выбирается наружу. Кажется, даже чувствую, как по полу станции пробегает дрожь после его прыжка — могуч, настоящий богатырь.
Они уходят куда-то за грузовик. Гремят, открываясь, двери кузова.
А капитан поворачивается к нам.
— Слышали? Валим. — И тоже покидает салон.
Сталкиваюсь с пристальным взглядом Джека.
— Ну что? Ты с нами, или будет новая попытка «сойти»? — уточняет серьезно и даже не похоже, что ехидничает.
А вот я — буду. Что мне еще остается?
Так что невинно моргаю и скалюсь в ответ.
— Куда же я из такого приятного общества?
Разбежался, ага. Так я и «сошла». Куда, интересно? В руки головорезам Баронета, которые наверняка уже на походе? Что-то я уже по горло наигралась в самодеятельность.
— И мы еще не нашли моего брата, — напоминаю уже куда миролюбивее.
Но мои слова прилетают Джеку уже в спину — он распахивает дверцу со своей стороны и спрыгивает вниз. Не слишком-то ловко, потому что, приземлившись, оседает на правую ногу. Похоже, адреналин закончился не только у меня, и кое-кому не мешало бы поскорее добраться до медиков.
Тоже берусь за ручку двери, однако она распахивается сама. Джек решил протянуть руку помощи, оценив высоту ступеньки? Да не поверю.
И правильно, потому что возле дверцы стоит Дилан Роу.
— Кайя, вылезайте, надо спешить, — протягивает мне ладонь.
Так и знала, что не перевелись еще в этом мире джентльмены.
Благодарно улыбаюсь и, воспользовавшись поддержкой крепкой мужской руки, спрыгиваю вниз.
Черт, у меня же все джинсы — от колен и до самого низа — в засохшей бурой крови. Хорошо, что толпа, собравшаяся в стыковочных узлах, настолько разношерстна, что на нас никто толком не смотрит.
— Уходим, — командует капитан, отступая от грузовика и кивая только что обошедшему машину Джеку. — У нас пятнадцать минут на все про все.
— Мать вашу, как здесь оказались гранаты?! — раздается в это время растерянное из недр кузова.
— Откуда мне знать? — доносится следом голос Эдварда. И если и существует в природе невинный бас, то это точно он, отвечаю. — Ты лучше скажи: нам положена награда за то, что вернули машину владельцам?..
Дальше не слушаю, потому как Джек подхватывает меня под руку и увлекает за собой.
— Эд сейчас от него отвяжется и догонит. Идем.
Как скажешь, приятель, ты его лучше знаешь.
Однако, сделав два шага, все же оборачиваюсь. За распахнутыми задними дверями грузовика видны две пары ног: тоненькие, переминающиеся на месте, и огромные, по-военному расставленные на ширине плеч и устойчиво стоящие на полу. Согласна: с такими габаритами, голосом и наглостью отвяжется как пить дать — усатый уже прогнулся дальше некуда.
И, высвободившись, сама обвиваю руку Джека ладонями — мне так привычнее.
Джек бросает быстрый взгляд на место соприкосновения моих рук и его рукава, но не комментирует. Зуб даю, тоже уже привык к моему обществу. Неплохо мы тут… погостили.