День 1
Когда Беш открыла глаза, вокруг была темнота, а над головой – потолок, на который отбрасывали тени проезжающие за окном машины. В голове возникло повторяющееся воспоминание – кадр из старого фильма, который она случайно увидела по телевизору еще много лет назад, в детстве.
На кухне завтракала обычная американская семья: мать, отец и их сын лет десяти. Память не подсказывает атмосферу со стопроцентной точностью, но я помню уставшее и безучастное к происходящему лицо сына, черпающего ложкой хлопья с молоком. Была ли тогда весна? Окно точно было открыто – в него влетела пчела. Или оса – я до сих пор мало их отличаю, что говорить о тогдашней себе – маленькой девочке, с интересом застывшей с утра у экрана телевизора. Пчела-оса села прямо в тарелку к мальчику, но он ее даже не заметил – как обычно зачерпнул ложкой сладкие хлопья и проглотил, не прожевав – наверное, они уже достаточно размякли. Насекомое застряло у него в горле и жужжало, пытаясь выбраться. Помню, его мать кричала. Его отец беспокойно искал, чем помочь сыну, пока женщина настаивала: надо помочь, вытащи эту штуку, он задыхается! Они носились вокруг мальчика, чьи глаза закатывались, а он сам еле дышал, цепляясь за скатерть, за пол, за отца, который рухнул на колени рядом с ним с кухонным ножом (почему-то я помню тонкий короткий нож, по форме схожий с пластиковым) и приблизился к его горлу.
По-моему, кто-то переключил канал прежде, чем сцена завершилась. Но почему-то я помню, как брызгала кровь из неровного разреза. Придумала ли я это сама?
Веки были тяжелые. Она снова проснулась – в последние месяцы стала совсем плохо спать, сон нападал двадцать четыре часа в сутки, но стоило закрыть глаза – ничего, только раздражающие звуки за окном, в квартире и внутри головы. Воспоминания наплавали ледяными волнами вместе с усталостью. Беш бы сдалась, если бы это помогло хоть как-то: боролась она с этим или нет, каждое утро и ночь девушка ощущала себя скорее сомнамбулой, чем живым человеком с бессонницей.
Главное в этих кадрах из фильма, которые – я знала со стопроцентной вероятностью – были ложными воспоминаниями, это цвета: кофта матери – белая, кухня – голубая, небо – голубое, как глаза мальчика и его футболка с джинсами. Все в этой сцене было прекрасного лазурного цвета.