Беш сжала горлышко от бутылки чуть сильнее, но стремление убить брата на глазах собственного парня поутихло – в конце концов, подобное вряд ли бы поспособствовало их примирению.
– Остер, – полувопросительно, полуприветственно проговорила она и рухнула на подставленный ей стул.
– Выглядишь уставшей, – вместо «привет» ответил Остер, и в его глазах девушка разглядела прежнее сочувствие и волнение.
– Если бы мне не пришлось гнать к тебе, а потом весь день искать тебя по этому херовому Гольду, может, я бы не была настолько вымотана.
– Беш, – голос Остера звучал с укоризной – и это было как удар по сердцу, – ты не должна была приезжать. Хотя я… мы, – он бросил взгляд на ухмыляющегося брата, – догадывались, что так и будет.
– Ты бросил меня по телефону, ты, уеб…
– Тс, – Витал прижал палец к губам, когда мужчина, стоящий позади девушки, сжал ее челюсть за подбородок и не позволил больше говорить. Кажется, в челюсти что-то хрустнуло, а лицевой нерв зажало. Беш недовольно простонала. Это было больше, чем просто неприятно. – Я позвал тебя сюда не для того, чтобы ты высказывала брату претензии, на которые не имеешь ни малейшего права.
– Я ивф дфшк, – она пыталась что-то сказать, но теперь кроме челюсти ей зажали рот, а также сжали руки и ноги еще пара человек, да так быстро, что она не успела и глазом моргнуть.
Второй раз за вечер она ощутила страх, обычный животный страх за свою жизнь.
– Больше нет, – холодно отрезал Остер, мягко перекладывая податливую кошку на диван рядом и вставая со своего места. – Я расстался с тобой, именно потому что ты не видела ничего вокруг. Ты душила меня, я начал терять себя рядом с тобой. Во мне не осталось ничего, что еще ты могла бы забрать у меня. А если бы я сказал это в лицо, ты бы не отпустила меня просто так. Ты больна, Беш, понимаешь?
Глаза девушки загорелись таким огнем, что, будь она в состоянии взглядом воспламенять вещи, парень напротив бы уже давно сгорел.
– Отпустите ее, – приказал Витал и подошел к ним.
– Беш, я не хотел, чтобы все закончилось так, но ты явно не в себе. Когда ты последний раз спала? – продолжил Остер, почему-то не боясь, что девушка вскочит со своего места и вцепится в него. Нет, он был уверен, что она не навредит ему.
Девушка покачала головой, не желая отвечать. Ситуация выходила из-под контроля, будто бы она на самом деле никогда не имела никакой власти.
– У нее бессонницы, я же тебе говорил, – лениво протянул Витал и наклонился к девушке, втягивая ее запах. Его глаза цепко следили за ее собственным взглядом. – А еще она не принимает те лекарства, которые должна. Возможно, поэтому ведет себя теперь так.
Беш ощущала себя загнанной в ловушку лисицей: собаки уже рычат, от их зубастых пастей летят слюни и их огромные морды практически залезли в ее маленькую норку, которая раньше была такой уютной.
Она никогда не была сильной, и это только больше пугало. Все иллюзии ломались все больше и больше. Сознание начало уплывать.
– Кто-нибудь, дозу адреналина, давление падает! – голоса слышались незнакомые, среди них больше не было голоса Остера или Витала.
– Свяжите ее, она не дается. Черт, кажется, она укусила меня! Такое состояние вообще нормально?
«Кто-нибудь, объясните, что вообще происходит?»
А дальше острая боль, которая электричеством пронзила все тело, и пустота.
День 4
Беш очнулась, ощущая только налитое свинцом тело и ноющую от неудобного положения спину. Она разлепила глаза и огляделась, простонав от боли, прострелившую шею. Она была все в том же зале в «Сердце Карла» в том же кресле, но одна. Дернув ногой, девушка попыталась встать, опираясь рукой о столешницу слева, но колено хрустнуло и ноги подкосились. Послышались шаги и уже через секунду перед ней стоял стакан.
– Ты как? – Витал присел на корточки и посмотрел в ее лицо. – Выглядишь чуть лучше.
Беш попыталась что-то рыкнуть в ответ, но не нашла сил и слов, только бросила злой взгляд и села обратно.
– Выпей, – мужчина подтолкнул к ней стакан. – Это новое средство нашей компании. Круче кофе. Чистая энергия.